Стихотворения Франца Преширна: Эпиграммы (перевод: Ф. Е. Корш)

Предисловие и оправдание.

......feriuntque summons
Fulmina montes

Пусть мыслит всякий, кто стрелой моей задет,
Что молния разит высокий лишь предмет.

Условие незолотого века.

Давно уж золотой настал бы век у нас,
Когда б на классика давал нам право класс.

Новый Пегас

Вышняне, вы куда свою улитку дели?
«В Пегасы взять её поэты захотели».

«Пчёлкиным» эпиграмматистам

Не всякий зверь — лисица заодно,
Не всякое злословие смешно.

«Пчёлкиным» баснописцам

В речах Эзоповых, отрытых на кладбище,
Не больше сладости, чем в разогретой пище.

«Пчёлкиным» слагателям гексаметров

В гексаметре кто, не прибрав спондея
Иль дактиля, не прочь и от трохея,
Не знает, где пустить цезуру,
Пегаса тот впрягает в фуру.

На стихотворения «Пчелки» без ц и с

„Все ц им из стихов исключены,
И с в них вовсе не играет роли".
Зато в них нет и никакой цены,
Зато они и безо всякой соли.

«Пчёлкиным» певцам времён года

Кто сам не знает, что̀ сказать,
Тот хвалит иль бранит погоду;
Кто не нашёл, что воспевать,
О временах он года пишет оду.

Лесничнику и Левичнику

О, если б сладок был в стихах Лесничник!
О, если б прав мог быть в стихах Левичник!

Прежнему поэту, потом гомеопату

Ты прежде был поэт, теперь — гомеопат:
Уж не досуга ты, а жизни супостат.

Издателю «Пчёлки»

Зачем Кастелец мух ловить пошёл?
Он их продать замыслил вместо пчёл.

Водник

Монах под маскою я был,
Охотно пел, охотней пил.

Равникарю

Горенцев наших так испортил ты язык,
Что за молитвою ругается мужик.

На Ахацлевы песни

Конечно, поневоле
Нет в песнях этих соли:
Зовёт индюшек: «пуры, пуры!»,
Зовёт сверчков он: «шуры, муры!».

Некоторым сочинителям духовных песен

Ваша духовная песнь и духовна и всё ж не духовна:
      Праздности дух в ней есть, Божьего духа в ней нет.

Кремплю

Ты не в мозги захватил, захватил ты словенщину в когти:
      Дух от немечины слаб, когти свободны твои.

Копытарь

Голову с честью носил я учёную, всё поборая;
      Лишь самомненье и смерть я побороть не умел.

Денничникам

Добровский.

«Друг мой, идущий со света, мне верно скажи», так Добровский
      В царстве теней вопросил мудрость Копытареву:
«Сербский, дубро́вницкий, что ли, язык иль скорее хорватский
      Вводит в писания Гай с шайкой задорной своей?».

Копытарь.

«Гай-то Денничник, Денничная шайка? по-своему пишут;
      Юго-славянских они суть янычары земель».

Хвастуны из четырёх многочисленнейших славянских народов

Чех лишь, поляк, иллириец и русский — вот эти народы,
      Свой обработав язык, смеют на нём и писать;
Белый хорват и словенец, русняк и словак и другие —
      Псы меж славян: их удел лаять и лапы лизать.

Катон наизнанку

Менее прочих славян и числом и почётом словенцы;
      Славы и выгод не здесь можно писателю ждать.
Victrix causa diis placuit, sed victa Catoni:
      Станко — словенский беглец, Враз — наизнанку Катон.

Настоящие стихотворения

Нам, как Прешерновым, было б не грех развернуться пошире;
      Но уж из самых стихов видно, как тих наш отец.