Пролог (перевод: И. Ф. Тхоржевский)

Мне скажут, что я сам вселяю раздраженье;
Что стих мой лезет в грязь, к ней чувствуя влеченье;
Что я, как Диоген, стал бочку вновь катать
И в рваной мантии цинизма щеголять;
Что, — не щадя имен, — сплеча, в пылу злословья,
Народ и королей разить пером готов я:
Какое, — я скажу, значенье для меня
Имеет в наши дни такая болтовня, —
Лай разных пошляков в фальшивом их экстазе,
Канатных плясунов, танцующих на фразе?..
Ведь если стих мой груб, жесток, неукротим, —
В наш грозный, медный век он должен быть таким.
Цинизм кругом — и речь циничной быть привыкла;
Из ненависти к злу гипербола возникла.
Пускай мой стих суров, как наш суровый век,
Но, в сущности своей, он — честный человек.