Израфель (перевод К. Д. Бальмонта)

…И ангел Израфель, струны сердца которого — лютня, и у которого из всех созданий Бога — сладчайший голос.

Коран.

На Небе есть ангел, прекрасный,
          И лютня в груди у него.
Всех духов, певучестью ясной,
Нежней Израфель сладкогласный,
И, чарой охвачены властной,
Созвездья напев свой согласный
          Смиряют, чтоб слушать его.

Колеблясь в истоме услады,
          Пылает любовью Луна.
          В подъятии высшем, она
Внимает из мглы и прохлады.
И быстрые медлят Плеяды;
          Чтоб слышать тот гимн в Небесах,
Семь Звезд улетающих рады
Сдержать быстролетный размах.

И шепчут созвездья, внимая,
          И сонмы влюбленных в него,

Что песня его огневая
          Обязана лютне его.
Поет он, на лютне играя,
          И струны живые на ней,
И бьется та песня живая
          Среди необычных огней.

Но ангелы дышат в лазури,
          Где мысли глубоки у всех;
          Полна там воздушных утех
Любовь, возрощенная бурей;
И взоры лучистые Гурий
          Исполнены той красотой,
          Что чувствуем мы за звездой.

Итак, навсегда справедливо
          Презренье твое, Израфель,
К напевам, лишенным порыва!
          Для творчества страсть — колыбель.
Все стройно в тебе и красиво,
          Живи, и прими свой венец,
          О, лучший, о, мудрый певец!

Восторженность чувств исступленных
          Пылающим ритмам подстать.
Под музыку звуков, сплетенных
Из дум Израфеля бессонных,
Под звон этих струн полнозвонных
          И звездам отрадно молчать.

Все Небо твое, все блаженство.
          Наш мир — мир восторгов и бед.
          Расцвет наш есть только расцвет.
И тень твоего совершенства
          Для нас ослепительный свет.

Когда Израфелем я был бы,
          Когда Израфель был бы мной,
Он песни такой не сложил бы
          Безумной — печали земной.
И звуки, смелее, чем эти,
Значительней в звучном завете,
Возникли бы, в пламенном свете,
          Над всею небесной страной.