Октябрь. 1917—1926

ОКТЯБРЬ

1917—1926

Если
    стих
        сердечный раж,
если
    в сердце
        задор смолк,
голосами его будоражь
комсомольцев
    и комсомолок.
Дней шоферы
    и кучера
гонят
    пулей
        время свое,
а как будто
    лишь вчера
были
    бури
        этих боев.
В шинелях,
    в поддевках идут…
Весть:
    «Победа!»
        За Смольный порог.
Там Ильич и речь,
    а тут
пулеметный говорок.
Мир
    другими людьми оброс;
пионеры
    лет десяти
задают про Октябрь вопрос,
как про дело
    глубоких седин.
Вырастает
    времени мол,
день — волна,
    не в силах противиться;
в смоль-усы
    оброс комсомол,
из юнцов
    перерос в партийцев.
И партийцы
    в годах борьбы
против всех
    буржуазных лис
натрудили
    себе
        горбы,
многий
    стал
        и взросл
            и лыс.
А у стен,
    с Кремля под уклон,
спят вожди
    от трудов,
        от ран.
Лишь колышет
    камни
        поклон
ото ста
    подневольных стран.
На стене
    пропылен
        и нем
календарь, как календарь,
но в сегодняшнем
    красном дне
воскресает
    годов легендарь.
Будет знамя,
    а не хоругвь,
будут
    пули свистеть над ним,
и «Вставай, проклятьем…»
    в хору
будет бой
    и марш,
        а не гимн.
Век промчится
    в седой бороде,
но и десять
    пройдет хотя б,
мы
    не можем
        не молодеть,
выходя
    на праздник — Октябрь.
Чтоб не стих
    сердечный раж,
не дряхлел,
    не стыл
        и не смолк,
голосами
    его
        будоражь
комсомольцев
    и комсомолок.