Владелица Шэллота (перевод О. Н. Чюминой)

I.

Вдоль изумрудных берегов
Дорога шла среди лугов,
Покрытых массой васильков,
        К твердыням Камелота.
Идя дорогой, каждый мог
Цветущий видеть островок,
Кому народ в стране нарек
        Название Шэллота.

И ветра легкого порыв,
Собою реку замутив,
Проносится меж темных ив
        К твердыням Камелота.
На берегу прозрачных вод
Чернеет замка темный свод,
Где в тишине одна живет
        Владелица Шэллота.

Мелькают быстрые суда,
Бела, как лебедь, и горда,
Плывет и лодка иногда
        К твердыням Камелота;
Но кто из жителей извне
Хоть раз видал ее в окне
И кто знавал во всей стране
        Владелицу Шэллота?

Жнецы, за жатвою трудясь,
Одни слыхали в ранний час
Порою песню, что неслась
        К твердыням Камелота;
И в час, когда над гладью вод
Луна блестящая взойдет—
Они шептали:—то поет
        Волшебница Шэллота.

II.

А там, на пряже с давних пор
Она волшебный ткет узор,
И ей суровый приговор

Не дозволяет бросить взор
        По направленью Камелота;
И так, в теченьи долгих дней,
Сидит за пряжею своей
        Владелица Шэллота.

Пред нею в зеркале с резьбой
Проходят тени чередой:
Там отражен и путь крутой,
        Ведущий к Камелоту.
Там отражен небесный свод
И на реке—водоворот,
И группа женщин, что идет
        Из города к Шэллоту.

Видать как вслед за пастухом
Викарий следует верхом,
Иль паж в костюме дорогом,
        Спеша к твердыням Камелота.
В своих доспехах боевых
Не мало рыцарей лихих
Мелькает там,—но не для них—
        Владелица Шэллота.

Порой в безмолвии ночей,
При ярком пламени свечей,
Являлись дроги перед ней,
        Спеша к твердыням Камелота.
И раз свиданье при луне
Пришлось ей видеть в тишине.
— Наскучили виденья мне!—
Промолвила, как в полусне,
        Владелица Шэллота.

III.

В вооруженье и броне,
Он ехал гордо на коне,
Горели латы, как в огне
        И меч сэр-Ланселота.
И, как полночная звезда,
Блистали сбруя и узда
Игрою яхонтов, когда
        Он проезжал вблизи Шэллота,

Под ярким солнечным лучом:
И шлем блистающий с пером,
И медный щит его с седлом—
Слились в сиянье огневом.
        Перед далеким Камелотом
Он был похож на метеор,
Что, поразив собою взор,
        Пронесся над Шэллотом.

Его прекрасное чело
Глядело гордо и светло,
Черней, чем ворона крыло
Вилися кудри. Все влекло
        Сердца̀ к сэр-Ланселоту.
Таким—пред нею отражен—
Поднявшись на высокий склон,
В уборе ратном ехал он,
        Стремяся к Камелоту.

Оставив пряжу у окна,
Сама, как лилия, бледна,
Привстала медленно она—
        Взглянуть на башни Камелота.

Порвалась ткань… Само собой
Разбилось зеркало с резьбой…
— Судьба свершилась надо мной!—
Промолвила себе с тоской
        Владелица Шэллота.

IV.

В осенний день, когда река
Шумит—мутна и глубока,
И ветер гонит облака
        По направленью Камелота;
Она сошла в вечерней тьме
В челнок, где были на корме
        Слова: „Владелица Шэллота“.

Ее глубокий, грустный взор,
Таивший горестный укор,
Направлен был в немой простор,
        К высоким башням Камелота.
Кончался день. На дно челна
В безмолвии легла она,
И увлекла ее волна
        От острова Шэллота.

В одежде белой и простой,
Сияя странной красотой,
Она неслась во тьме ночной
        К высоким башням Камелота.
Лилась во мраке песнь ее,
И ей, дыханье затая,
Внимали небо и земля,
Внимали рощи и поля
        Владелице Шэллота.

Звучала песнь, как слабый стон,
Как похоронный тихий звон,
И взор печальный обращен
        Был к башням Камелота.
Туда волна ее несла,
На очи ей одела мгла
И с этой песнью умерла
        Владелица Шэллота.

И, снега вешнего белей,
Она неслася все быстрей,
Вдоль темных стен и галлерей,
        И башен Камелота;
На встречу ей толпою шли:
Простой ремесленник в пыли,
Купцы и сильные земли,
И на корме они прочли:
        „Владелица Шэллота“.

В недоуменье без конца
Стояли все, а из дворца
К ним доносилась песнь певца,—
        И сжалось сердце Ланселота;
И вздох невольный заглуша,
Он молвил:—чудно хороша!
Да успокоится душа
        Владелицы Шэллота!—

1892 г.