Зовы звуков
Тембры инструментов превращаются в цвет, вкус и драгоценные вещества. Среди этих созвучий герой выбирает память о яванском гамеланге.
Здесь собраны стихи, написанные в XX веке. Читайте полные тексты лирики, поэм и новаторских произведений, сравнивайте авторов и переходите к их страницам.
Смотреть поэтов группы →Тембры инструментов превращаются в цвет, вкус и драгоценные вещества. Среди этих созвучий герой выбирает память о яванском гамеланге.
Размышление о погребальном золоте связывает истление тела с природным круговоротом. Монета среди будущих костей становится слабым материальным следом души.
Будущее городское заточение противопоставлено памяти деревенского простора. Воспоминание хранит и покой полей, и мужскую слезу.
Верблюжий караван становится образом терпеливого несения непосильной заботы. Движение к Обетованной земле соединяет покорность с упорством и надеждой.
Мир представлен непрерывной игрой света, воды и сознания. Опасность и разнообразие оказываются необходимыми условиями её глубины.
Движение дымка предсказывает скорую смерть молодому человеку. Его желание гулять и переложить смерть на другого не меняет исхода.
Осенний дух показан властителем природных перемен. Перелёт птиц и паутина раскрывают его многообразную силу.
Измученный расточитель просит Бога продлить земную жизнь. Красота весны, любви и особенно стихов заставляет его вновь желать сил для творчества.
Льстивым словам, подаркам и знатному гербу противопоставлен дар серебряных крыльев. Любовная встреча осмысляется как обмен несоразмерными ценностями.
Слово связывает человеческую мысль с предвечным истоком. Космическая красота помогает переживать разлуку.
Из строгого стройного храма Свобода вышла на визг площадей, и она - Прекрасная Дама маркизов и русских князей. Но с шалой солдатской …
Портрет молодого диктатора окрашен наполеоновскими ассоциациями. Вихрь власти, солдатский крест и призыв к покою создают напряжённый образ политического возвышения.
Молитвенное обращение предлагает высшему и добрые, и дурные стороны человеческой жизни. Герой просит оставить ему лишь преданность и любовь.
Безмолвный мир кажется пережившим гибель всех людей. Героиня ощущает себя единственной уцелевшей перед чёрными воротами.
Размышление о происхождении от Бога не избавляет человека от земной ограниченности. Смена мгновений и ненасытное желание оставляют после себя дым.
«Только живите!», слышит героиня, роняя руки и жаркий лоб. Молодая Буря слушает Бога где-нибудь в поле, и на уста ложатся чьи-то уста: …
Плачущая героиня предстаёт в объятиях близкого человека образом молодого Иоанна. Библейское уподобление усиливает нежность и отчаяние.
Люди спят и видят сны, все у Господа сыны, а человеку нужен сын. Один припал к груди идущего, прося принять его в …
Близость Иоанна к Христу показана через кудри, губы и бессильно лежащие руки. Телесная нежность выражает блаженную самоотдачу.
Господь зовёт дочь Иаира встать, но принимает её желание покоя и разрешает продолжить сон.
Обещание рая сталкивается с чувственным страхом перед земной смертью. Цветочный путь оказывается связан с холодом подземных корней и погребальным звоном.
Первозданная мощь конского табуна воплощает юный мир до земледелия. Появление белого коня вызывает общее узнавание и пробуждение.
Обретённая свобода слова вызывает восторг и недоверие к реальности перемены. Освобождение от страха ссылки переживается как историческое возрождение.
Брачное поведение кабарги раскрыто через власть запаха. Чувственное движение распространяется на весь природный мир.
Письмо от лица Манон отвергает верность как обязательство. Ироничная нежность соединяет свободу ухода с потребностью в роскоши и чужой душе.
Белизна снега и вечерний свет погружают мир в сон, похожий на покой гробницы. Ожидание пробуждения сравнивается с терпеливым созреванием плода.
Ночной караван движется под знаком безусловной веры в единого Бога. Молитва и Коран противопоставлены раздвоенному зрению и страху перед адом.
Любовный союз утверждается независимо от внешнего освящения. Постоянство чувства сохраняется и в близости, и в разлуке, хотя финальный вопрос остаётся открытым.
Степной простор хранит память о прежней свободе, утраченной в замкнутости человеческого духа. Лишь мгновение опасности возвращает отзвук древней силы.