Стихи XIX века

Л. М. Лопатину (Неврон финляндский, страждущий невритом)

Дружеское послание соединяет каламбуры о невронах с образом реки времени. Спор о субстанциях превращается в шутку о попытке запрудить непрерывный поток бытия.

Л. М. Лопатину (Ты взвёл немало небылицы)

В послании Лопатину философская полемика уступает усталости и желанию уснуть. Гротескные признания в старости превращают отказ от спора в дружескую шутку.

Маяк

Путник в бурном море получает надежду от далёкого маяка. Этот образ становится обращённым к поэту призывом согревать и поддерживать человеческие сердца.

Мечтаю небом и землёй

Герой проживает жизнь как мечту о мире во всём разнообразии света и стихий. Завершить её он надеется мирным уходом в чертоги мудрого …

Михаилу Матвеевичу Стасюлевичу в день чуда архангела Михаила в Хонех

Поздравительное послание сравнивает Стасюлевича с его небесным тёзкой архангелом Михаилом. Шутка переносит победу над драконом на земного противника адресата.

М. М. Стасюлевичу (Михал Матвеич, дорогой!)

Письмо Стасюлевичу рисует скуку больного героя в опустевшей столице. Перечень газетных и литературных новостей складывается в шутливую хронику общего застоя.

Мне бессильным не выразить словом (К. Р.)

Благодарное обращение хвалит красоту Рамони и гостеприимство её хозяйки. Лесам, реке и дворцу предпочитается простое сердечное радушие.

На Днепре

Надпись на книге (Зинаида Гиппиус)

Лирическое «я» создаёт жизнь из отвлечённого и любит скрытое, уединённое. Необычайные сны требуют единственных речей, для которых не находится слов обычного мира.

Надпись на книге «Оправдание добра

Шутливая надпись связывает знак Водолея с водой книги. Автор уверяет читателя, что источник этого ручья находится в камне истины.

На закат, на зарю

Закатная заря переживается героем как собственная кровь и внутренний огонь. Стоит ему закрыть глаза, и весь видимый мир гаснет.

На поезде утром

Поезд с грохотом несётся мимо ясного утреннего пейзажа. Герой размышляет, возможно ли примирить бездушную машину с неподвижной живой природой.

Наследие веков

Сонет осмысляет душевную жизнь как наследие многих поколений. Семена тревог и предчувствий, едва возникшие в предках, раскрываются в потомках.

Небо смеется… Полуденным блеском…

Яркий морозный полдень и игра теней на снегу сопоставлены с холодным сердечным состоянием. Внешний блеск не снимает тревоги и призрачности любви.

Не люблю, не обольщаюсь

Герой не привязывается к преходящим удовольствиям. Он принимает настоящее как детскую игру, не требуя от неё постоянства.

Ночь и даль седая

Оборван у музы цветущий венок,

Тревога из-за умолкшего голоса поэзии сменяется уверенностью в его возвращении. Образ песни-птицы выражает надежду на новое вдохновение и силу свободной, честной речи.

Она и он (триолеты)

Два триолета противопоставляют любовную чувственность счастью и состраданию. Ответный голос предпочитает краткие экстатические мгновения устойчивой любви.

Песня труда

Рабочие требуют разделить сутки поровну между трудом, сном и свободным временем. Обличение нищеты и призыв к единству утверждают человеческое достоинство как основание …

(Посвящается М. П. Шебалину)

Письмо освобождённого товарища становится уроком великодушия для героя, разочарованного в прежних соратниках. Ответ без осуждения обнаруживает редкую способность сохранить нежность после тяжёлых …

Поэтов нет... Не стало светлых песен,

Молчание поэтов и бесплодность гражданских речей противопоставлены сохраняющейся красоте мира. Последнее упоминание безмерной людской скорби оставляет нравственный вопрос открытым.

Прощая жизни смех злорадный

Герой прощается с насмешками жизни и уходит в царство снов. Его беспощадная невеста превращает муки, пытки и губительный напиток в странную радость.

Стансы (В плену у смертных небожитель)

Небожитель томится в земном плену, но не проклинает людей и укрывает их крылом. Он с болью проникает в падшие сердца и ждёт …

Счастлив я, когда ты голубые

Герою счастливо, когда она поднимает голубые очи, и горько, когда опускает тёмные ресницы и молчит. Она любит, сама того не зная, и …

Триолет (В моем аккорде три струны)

Триолет превращает три струны аккорда в образ внутренней жизни. Детские сны и память об утраченном рае подчёркивают особенно болезненное звучание одной струны.

Ты от жизни оторвался

Отказ от земной жизни ради мечты требует не искать обычной любви и минутных целей. За этим выбором стоят неутихающие бури и бесконечное …

Христос воскрес! — Опять с зарёю

Эти финские малютки

Герой шутливо рассуждает о знакомстве со светловолосыми финками и воображаемом отцовстве. Нелепая фантазия о седых зайцах заканчивается самоироническим отказом от затеи.

Я люблю мою темную землю

Герой принимает земное бытие целиком, вместе с радостью и тяжёлыми муками. Единство с творящим Духом позволяет ему увидеть восторг даже в противоречиях …

А. А. Фету

Память об умершем Фете поддерживает в герое неизменный внутренний свет. Посвящая книгу русским поэтам, он надеется вновь увенчать их память творческим озарением.