Хромой

                    С Богом боролся во сне
          Сын Исаака Иаков и — Бога не мог
Даже во сне побороть он, и стал от того хромоног.

                    Я же борюсь наяву,
          Только не с Богом,— с земною природой его,—
С ней неустанно борюсь я и стал хромоног от того.

                    Не на одних помочах
          С детства водила меня эта грубая мать,—
Нет, она била, знобила, язвила — учила страдать…

                    И отравляла она
          Кровь мою, прежде чем душу мою отравить,
И распаляла мечты мои, прежде чем мог я любить.

                    С юности жизнь облача
          В ярко-обманчивый, в радужно-светлый покров,
Прячет она под душистыми розами иглы шипов.

                    В даль увлекает меня;
          Но на пути к идеалам прекрасным моим
Чучел каких-то всё ставит, противных бездушьем своим.

                    Чтоб изнемог я и пал,
          Или чтоб жизнь миновал я бесследно, как тень,—
Ниспосылает болезни и тяжкую, сонную лень.

                    Только в минуты, когда
          Дух мой ликует, вкушая победный покой,
Я умиляюсь божественно-вечной её красотой

                    И вижу Бога её
          В свежем дыханье румяного утра, в тенях
Трепетной зелени, в лунном мерцанье, в звездах…

                    И, предаваясь мечтам
          Всепримиряющим, вижу в ней кроткую мать,
Ту, что хромого Иакова в дом свой зовет отдыхать.