Разве у вас не чешутся обе лопатки?

Если
    с неба
        радуга
            свешивается
или
    синее
        без единой заплатки —
неужели
    у вас
        не чешутся
обе
    лопатки?!
Неужели не хочется,
    чтоб из-под блуз,
где прежде
    горб был,
сбросив
    груз
        рубашек-обуз,
раскры́лилась
    пара крыл?!
Или
    ночь когда
        в звездищах разночится
и Медведицы
    всякие
        лезут —
неужели не завидно?!
    Неужели не хочется?!
Хочется!
    до зарезу!
Тесно,
    а в небе
        простор —
            дыра!
Взлететь бы
    к богам в селения!
Предъявить бы
    Саваофу
        от ЦЖО
            ордера̀
на выселение!
Калуга!
    Чего окопалась лугом?
Спишь
    в земной яме?
Тамбов!
    Калуга!
Ввысь!
    Воробьями!
Хорошо,
    если жениться собрался:
махнуть крылом —
    и
        губерний за двести!
Выдернул
    перо
        у страуса —
и обратно
    с подарком
        к невесте!
Саратов!
    Чего уставил глаз?!
Зачарован?
    Птичьей точкой?
Ввысь —
    ласточкой!
Хорошо
    вот такое
        обделать чисто:
Вечер.
    Ринуться вечеру в дверь.
Рим.
    Высечь
        в Риме фашиста —
и
    через час
        обратно
            к самовару
                в Тверь.
Или просто:
    глядишь,
        рассвет вскрыло —
и начинаешь
    вперегонку
        гнаться и гнаться.
Но…
    люди — бескрылая
нация.
Людей
    создали
        по дрянному плану:
спина —
    и никакого толка.
Купить
    по аэроплану —
одно остается
    только.
И вырастут
    хвост,
        перья,
            крылья.
Грудь
    заостри
        для любого лёта.
Срывайся с земли!
    Лети, эскадрилья!
Россия,
    взлетай развоздушенным флотом.
Скорей!
    Чего,
        натянувшись жердью,
с земли
    любоваться
        небесною твердью?
Буравь ее,
авио.