Иван Подкова (перевод: М. Л. Михайлов)

I.

Было время — по Украйне
        Пушки грохотали.
Было время — запорожцы
        Жили-пировали.
Пировали, добывали
        Славы, вольной воли.
Все-то минуло — остались
        Лишь могилы в поле,
Те высокие могилы,
        Где лежит зарыто
Тело белое казачье,
        Саваном повито.
И чернеют те могилы,
        Словно горы в поле,
И лишь с ветром перелетным
        Шепчутся про волю.
Славу дедовскую ветер
        По полю разносит…
Внук услышит — песню сложит
        И с той песней косит.

Было время — на Украйне
        В пляску шло и горе:
Как вина да меду вдоволь —
        По колено море!
Да, жилось когда-то славно!
        И теперь вспомянешь —
Как-то легче станет сердцу,
        Веселее взглянешь.

II.

Встала туча над Лиманом,
        Солнце заслоняет;
Лютым зверем сине море
        Стонет, завывает.
Днепр надулся. «Что ж, ребята,
        Время мы теряем?
В лодки! Море расходилось…
        То-то погуляем!»
Высыпают запорожцы.
        Вот Лиман покрыли
Их ладьи. «Играй же, море!»
        Волны заходили…
За волнами, за горами
        Берега́ пропали.
Сердце ноет; казаки же
        Веселее стали.
Плещут веслы, песня льется,
        Чайка вкруг порхает…
Атаман в передней лодке —
        Путь-дорогу знает.
Сам все ходит вдоль по лодке;
        Трубку сжал зубами;
Взглянет вправо, взглянет влево —
        Где б сойтись с врагами?
Закрутил он ус свой черный,
        Вскинул чуб косматый;
Поднял шапку — лодки стали…
        «Сгинь ты, враг проклятый!
Поплывемте не к Синопу,
        Братцы-атаманы;
А в Царьград поедем — в гости
        К самому султану!» —
«Ладно, батька!» — загремело.
        «Ну, спасибо, братцы!»
И накрылся.
                          Вновь горами
        Волны громоздятся…
И опять он вдоль по лодке
        Ходит, не садится;
Только молча, исподлобья
        На волну косится.