Я за то свою мысль ненавижу
Холодная мысль разрушает доверие к пережитому счастью и любви. Герой ненавидит собственную способность превращать искренний порыв в подозрение о расчёте и фальши.
Стихи поэтов-символистов, написанные в 1890-1917 годах: лирика намёка и тайны, стихи о любви, городе и судьбе, поиски музыки в слове. Стихи этих авторов других лет и без точной даты сюда не входят: они есть на страницах поэтов.
Смотреть поэтов группы →Холодная мысль разрушает доверие к пережитому счастью и любви. Герой ненавидит собственную способность превращать искренний порыв в подозрение о расчёте и фальши.
Цветочная роса и движение ветра отражаются в глазах и улыбке близкого человека. Память о прежней весне соединяет в один образ нежность, смех …
Природные картины скрывают родную для души страну, которую нужно научиться узнавать. Два варианта сопоставляют это постижение с поиском внутренней красоты в людях.
Отчуждённый от людей герой ищет образец существования в безграничной небесной лазури. Её равнодушная красота становится идеалом бесстрастия и всеобъемлющего света.
Два голоса перекликаются: стрижи скользят в лазури, горит закат, нежен луг росистый, вечерний час предчувствие полночи. Пред красотой минутной плачут очи, и …
Винная жажда становится сравнением для неутолимого сознания. Бесчувственная природа кажется блаженной, а живая мысль обречена на невозможные желания.
Когда между туманных тучек загорится Луна, душа полна непонятной печали и несказанных дум. Это чувства, для которых нет названия, и Красота, что …
Колумб ведёт корабль в неизвестность, не отвечая на угрозы и требование вернуться. Эпиграф сопоставляет его непоколебимую веру с верностью поэта собственному вдохновению.
Короткая передышка в декабрьской вьюге делает зимний сад гостеприимным. Птичья песня приносит в холодную тишину предчувствие весны.
Два варианта размышления связывают духовную зрелость с выходом за пределы земных желаний. Бесстрашие перед смертью и понимание Бога ведут к одной недостижимой …
Незавершённая песня, равнодушная лампа и шаги за стеной усиливают сердечную тревогу. Два варианта сцены оставляют героя в ожидании неведомой беды.
Пророк уподоблен ненасытному льву, пробуждающему мёртвую пустыню мира. Его творческая и разрушительная сила несёт грозное обещание новой жизни.
Миф о Леде и божественном лебеде соединяет чувственное ожидание с рождением Елены. Красота предстаёт силой, вызывающей измену и гибель Трои, но сохраняющей …
Адресатка - шелест нежного листка, ветер, шепчущий украдкой, свет лампадки, где брезжит сладкая тоска. Герою чудится, что он когда-то видел её и …
Мартовское таяние льда изображено как освобождение рек из зимней тюрьмы. Колокольный звон превращает весеннее обновление в обещание победы жизни над смертью.
Усталость от целей и труда превращается в готовность к смерти. Могила сравнивается с колыбелью, обещающей окончательно освободить от усилий.
Луна, волна и ветер наполняют ночь единым унынием. Даже сон летит над ивами тревожно и пугливо, не обещая полного покоя.
Октябрьский вихрь срывает багряное одеяние леса. Осеннее увядание осмыслено через образы низвергнутой царственности и бессильной надежды на бессмертие.
Хор вакханок отвергает уныние, стыд и ханжество ради молодости и радости. Вакхов смех объявляется силой, преодолевающей страх смерти и общественные запреты.
Солнце говорит как источник земной жизни и всеобщей радости. Его лучи, природные звуки и скрытый свет камней образуют торжество красоты над страданием.
Нежная грёза сохраняется среди тумана и угрозы мороза. Изнемогшая душа продолжает слышать зов далёкого мая и помнить погибший рай.
Живым предлагается украшать могилы, но не тревожить умерших бесплодными слезами. Поздняя тоска не вернёт из замогильного мира ответного голоса любви.
Двое духовно близких людей остаются одинокими на трудном пути к смерти. Герой просит брата не покидать его в минуты слабости и поддержать …
В мятежном сердце возникает светлый и нежный образ. Он оказывается не земной женщиной, а существом, потерянным небом.
Мучительная скука делает земное существование невыносимым. Мечта об освобождении от тела и иных мирах соединена с неспособностью простить уродство жизни.
Снежный лес постепенно стирает границу между действительностью и сном. Падение в белую тишину соединено с мыслью о недостижимом любимом существе, и смерть …
Солнце служит образом неизменного сердца, возвышающегося над сменой добра и зла. Герой призывает собственный дух рассеять тучи и жить по закону радости.