Стихи XX века

Из «Городских сонетов

Сонет о городе: голос над крышами бросает хулы небесам, а над лабиринтами греха мачты труб и гудки тоски звучат как сигнал муравейнику …

Издевательство

Утончённое выступление поэта прерывает пугающая действительность. Языковая игра оборачивается унижением творческой позы.

Из письма

Письмо предвкушает весенний переезд на дачу. Бытовые радости соединены с лёгким флиртом.

Израилю

Обращение к еврейскому народу: поэт любит его, называет отверженным и вспоминает Моисея, Соломона, Агасфера и Иуду. Он призывает народ воспламенить угасшие созвездья …

И и Э. Повесть каменного века

И покидает родное племя, а любящий её Э догоняет девушку и продолжает путь вместе с ней. Осуждённые за ночлег в священной роще, …

И мальчик, что играет на волынке

Героиня бережно запоминает простые картины жизни, но ощущает неустранимую утрату. Ей нужно лишь тепло, хотя радостный бог уже не придёт.

И надо мной звезда горит

Обещания звезды, пути и судьбы всякий раз опровергаются мрачной подробностью. За внешним приветствием мира герой видит презрение и слёзы.

И рыжик, и ландыш, и слива

Исповедь

После отпущения грехов героиня остаётся под епитрахилью в гаснущем свете. Голос и прикосновение священника вызывают учащённое сердцебиение.

Исторгающий

Чёрный Ангел, осуждённый вечно падать за один взгляд в бездну, бродит под Южным Крестом. В лунные ночи он нисходит к людям, баюкает …

Как два согнутые кинжала

К одинокому дворцу причаливает челнок, и дева уводит прибывшего влюблённого. Утреннее появление заколотого тела в море превращает сцену близости в короткий мрачный …

Как поздно! Устала, зеваю

Подготовка парика и маскарадных украшений сопровождается ожиданием тайного графа. Рассказ о чужом свидании сливается с собственным воображаемым объятием.

Как соломинкой, пьёшь мою душу

Близкий человек словно выпивает душу героини. После этого она пытается вернуться к простому миру, оставаясь внутренне бесприютной.

Канон Св. Иосафу

Молитва Иосафу просит обновления души и веры. Исполненное прошение приводит к благодарному славословию у иконы.

Каприз царя

Каретка куртизанки

Спуск куртизанки к пляжу разворачивается в блестящую сцену курортных удовольствий. Оркестр, наряды, напитки и униженно услужливый паж поданы с игривой насмешкой над …

Кин-Като

Обращение расспрашивает о загадочной Кин-Като. Чайная сценка наполнена чувственным флиртом и восточной стилизацией.

Кипарисы (Зинаида Гиппиус)

Пара узких кипарисов описана как нежная, невинная и одновременно мятежная. Их прямота превращается в острый образ мечей, направленных в облака.

Клеопатре Петровне Христофоровой

Стихотворение-посвящение: ослепшей от слёз героине Христос говорит «Все прости», и её душа становится светлой кельей. Герой, тоже слепой от слёз и измученный …

Когда над полем зеленеет

Вечернее поле, небо и погасшее кострище окружают белую свечу. Летящий на её свет мотылёк касается пламени и погибает, завершая пейзаж тихой трагедией.

Когда ночело

Одинокая прогулка у монастыря внезапно превращается в переживание страха. Лай собаки и лесные звуки лишают героя решимости продолжать долгий путь.

Контрабандисты и бандиты

Юноша мечтает о контрабандистах вопреки школьной действительности. Книжные приключения становятся важнее обычного успеха.

К покойнику

Прощание с покойным обещает неизменную память. Друзья принимают общность будущей смертной участи.

Круговорот

Цикл из шести частей: герой отходит от разгула мира в природу, видит море, горы, лес и ночное солнце, а затем решает вернуться …

К свету далёкому

Герой обещает убаюкать возлюбленную новой песней и увлечь её в иные края, где мы увидим себя тенями Мировой Души. Жизни следуют одна …

Кэнзели

Шумное муаровое платье и лунная аллея создают изысканный портрет женщины в ожидании любовной пары. Финальная поездка с юным спутником продолжает игру нарядов, …

Лесной набросок

Лесной набросок: сосновые леса, палевая дорога, герой сидит в ельнике у костра. Шуршит берёзовая листва, жужжит сердитая пчела над муравейниками и мухоморами; …

Лиробасня

Полевая прогулка создаёт иллюзию экзотической красоты, которую нарушают провинциальные подробности. Иронический вывод о несовместимости Андалузии и Пошехонья сменяется ещё одной помехой поэтическому …

Листок сухой, без жизни и названья

Герой, чувствующий себя сухим листком, неожиданно замечает близость весны. Он входит в светлый цветущий сад с тоской и надеждой на прощение.

Ломбардский сонет

Исторический сонет изображает миланское наступление на итальянские города и республики. Образ Висконти как ломбардского тигра усиливает призыв к бдительности и вооружённой защите …