Спит ковыль. Равнина дорогая
Любовь к родной равнине и бревенчатой избе противостоит напору чужой юности и новой жизни. Даже теснимый переменами герой просит сохранить ему право …
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Любовь к родной равнине и бревенчатой избе противостоит напору чужой юности и новой жизни. Даже теснимый переменами герой просит сохранить ему право …
Разговор матери и ребёнка превращает Россию в больную сказочную княжну. Сообщение о её смерти преодолевается обещанием бессмертия и воскресения.
Московские воспоминания складываются из Кремля, Арбата, храмов и гостеприимных домов. Образ города становится выражением неустранимой связи с Россией и её повседневной культурой.
Героиня сдавлена котловиной существования, погребена под лавиной дней и избывает жизнь, как каторгу. Гробовое зимовье, иней смерти; она не желает иного здоровья …
Песня под тальянку возвращает героя к прошедшей молодости и любимой. Признание невозможности повторить прошлое оставляет музыку последним выражением былой силы.
Персидский вечер сопоставлен с родной Рязанью через общие природные и любовные приметы. Одиночество вдали от дома не лишает героя чувственной радости и …
Портрет Тургенева соединяет творческое величие с личной беззащитностью. Преданность Виардо становится горькой победой однолюба.
К матери обращён мучительный рассказ о расстреле её сыновей и других пленников у вырытой ими ямы. Последняя молитва старого прапорщика превращается в …
Просьба ответить на молитву подкрепляется обещанием воспеть адресата в песнях и стихах.
Поэт предупреждает, что никакая тайна и вина не исчезнут вместе с прожитыми днями. На весах Христова суда раскроется вся человеческая жизнь, но …
Герой отвечает возлюбленной, сказавшей, что Саади лишь в грудь целовал и что за Ефратом розы лучше смертных дев: он обучится целоваться, и …
Ирония Тэффи уподоблена инопланетной сирени. Её воздействие освобождает жизнь от пошлости.
Молодая осень снимает сожаление об ушедшем лете. Опавшая листва уступает смысл созревшему семени, которое время разносит навстречу новой жизни.
Холодный укор во взгляде собеседницы ранит героя сильнее слов.
Предчувствие смерти соединено с прощанием с любимой и родным краем. Герой принимает повторяемость жизни, сохраняя надежду на неповторимую память о себе.
Печальный юмор Чехова раскрыт как свидетельство несбывшихся надежд. История перевозки его праха становится последним подтверждением изображённой им пошлости.
Разговор с Музой уподоблен перестукиванию узников, перемигиванию больных и солдатскому обмену перед смертью. Просьба дать ещё одну рифму превращает творческую связь в …
Перед лицом недуга героиня принимает скромность своего жизненного дара без страха и мрака. Желание прокатиться по первому снегу становится образом освобождённой души.
Утрата России объясняется нравственной несостоятельностью изгнанника. Родину предлагается заслужить добром, а не оплакивать бессильными жалобами.
Встреча с девушкой в розовом рассеивает тяжёлый сумрак аллеи. Её яркая весёлость отражается даже в воображаемом внимании озёрных рыб.
Осенний сад зовёт человека помочь созревшим ветвям. Совместный труд раскрывает его близость к плодам, птицам и зверям.
Послание сестре соединяет нежность к её красоте с памятью о собственной юности и покинутом селе. Вопросы о матери, доме и рябине завершаются …
Лирическое вдохновение приходит именно тогда, когда поэт занят или устал, и исчезает при сознательном ожидании. Своевольная Муза подчиняет автора внезапной требовательной тишине …
Воспоминание о прежней возлюбленной возвращается внутри новой любви. Чувственная память сопротивляется обещанному забвению.
Герой просит менялу научить его персидским словам любви и близости. Ответ утверждает, что подлинное чувство выражают вздохи, глаза, поцелуи и руки, а …
Разочарование в нравственном прогрессе обосновано опытом мировой войны. Научная техника и модные развлечения не скрывают жестокости человека, утратившего отзывчивость к поэзии.
Андреев представлен писателем, остро чувствовавшим надвигающуюся беду. Литературный сигнал бедствия становится попыткой помешать мировому плану разрушения.
Душа ведёт тело к последней бессловесной музыке зимнего простора. Снега и оленьи следы вызывают неподвижное умиление, превосходящее желание поэтической встречи с Музой.
Сонет резко оценивает Апухтина через анекдот. Насмешка переносится с внешности на литературный вкус публики.
Сонет полемически оценивает Андрея Белого. За внешней заумью автор видит бесплодную механичность.