Я жду. Исхищрённо-фигурным полётом
Ожидающая героиня скользит по паркету среди оркестра, взглядов и светских приветствий. Блеск танцевального вечера ощущается как давление и мучение, которому вторят рыдающие …
Формат
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Произведения
21554 произведения
Стихи по теме «Короткие стихи»
Я иду, печаль тая
Поющий путник скрывает усталость и печаль, но возвещает рассвет и праздник. Светлая песня становится усилием надежды вопреки внутренней тяжести.
Я к нагорьям держу свой путь
На закатном холме земля превращается для героя в тёмный храм с огненными крыльями. Чувственные прикосновения и дыхание степи соединяются с образом венчания …
Я к ногам любимой брошу
Герой готов принести любимой власть, дворцы и творческие сокровища. Повторяющееся обещание превращает любовную щедрость в торжественный напев.
Я лотос старого, забытого Египта
Лотос древнего Египта становится образом хрупкой чужестранки. Просьба о бережности защищает душевное тепло от северного одиночества.
Я не всходил на Гималаи
Неизведанные даль, глубина и высота открываются герою через любовь. Несовершённые путешествия уступают внутренней полноте чувства.
Я ничего не знаю, какая радость есть
Одинокий женский голос говорит о жизни без радости и медленном угасании. Боль уподоблена дороге к раю, а ожидание вести с неба сохраняет …
Я положил к твоей постели
Полузавядшие цветы становятся знаком угасания общей любви. Невозможность вернуть прежний поцелуй соседствует с новым пониманием чужой печали.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/Вижу лик луны
Общая луна связывает разлучённых людей. Герой мечтает увидеть любимое лицо в небесном отражении.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/В синеве пруда
Исчезающее отражение аиста противопоставлено неизгладимому образу любимой. Мгновенность природной картины подчёркивает постоянство сердечной памяти.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/Кто назвал Любовь?
Афоризм сближает любовь со смертью через возможность другого имени. Лаконичность оставляет нераздельными силу чувства и угрозу утраты.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/О, дремотный пруд!
Трёхстрочная миниатюра передаёт переход от дремотного покоя пруда к внезапному всплеску. Прыжок лягушек делает мгновенное движение и звук главным событием.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/По волнам реки
Лепестки, гонимые ветром по реке, сопровождают любовное потрясение. Встреча со взглядом возлюбленной превращает дальнейшую жизнь в неразрешимый вопрос.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/Устремил я взгляд
Соловьиный голос заставляет героя взглянуть на вечерний сад. Среди тёмных ветвей луна кажется мертвенно бледной, меняя настроение пейзажа.
Японские танки и хай-кай (Брюсов)/Это ты, луна
Лунная бледность и слеза в любимом взгляде сливаются в одно тревожное впечатление. Короткая лирическая миниатюра оставляет источник тоски неразрешённым.
Я проходил, а вы стояли
Женщина-царевна зовёт прохожего в тихий тайный сад. Он отказывается от укрытия, выбирая свободную и случайную дорогу, которую открывает судьба.
Я – раб, незнающий и жалкий…
Говорящий признаёт себя достойным кары и готов терпеть телесные муки. Единственная молитва о сгорании противопоставлена сердцу, которое продолжает лишь медленно гореть.
Яркий факел погребальный
Погребальный факел противостоит снежному ветру. Даже скорбный огонь утверждает своё право светить среди вьюги.
Я рос. Меня, как Ганимеда
Герой вспоминает, как взросление и беды отделяли его от земли, а любовь и юность теперь кажутся далекими. В финале он мечтает, чтобы …
Я с тобой не стану пить вино
Героиня отказывается от вина и беспечных поцелуев с озорным мальчиком. Его вольности противопоставлен уклад сдержанности и запретов.
Я так молилась: «Утоли…»
Героиня молит об освобождении от жажды песнопения. Её земная немота остаётся обращённой к возможному прикосновению небесного огня.
Я узнаю себя в чертах
В античном изваянии герой узнаёт собственные черты и древнюю память крови. Мифические превращения Зевса и возвращение на Олимп становятся образом его бессмертного …
1914
Образ неудержимо летящей силы соединён с пророчествами о войне, разрушении и роковом исходе. Библейская образность придаёт исторической катастрофе апокалиптический масштаб.
Circulus vitious
Человеческая жизнь движется по кругу от безумия к рассудку, затем к наивности и новой страсти. Диалектический повтор продолжается, но с годами его …
Delirium
Герой ещё сохраняет способность разговаривать с окружающими, но уже ощущает наступающий недуг. Обычная речь уступает место странному восприятию и неподвижному испугу.
Авиатору
Восхищение полётом сменяется жестоким пожеланием падения. Праздничная толпа у трибун оттеняет страшную уязвимость авиатора.
А всё-таки
Отвергнутый городом поэт отождествляет собственный крик с голосом униженных. Пророческая фантазия о Боге, плачущем над его книгой, утверждает оправдание человеческой боли через …
Автопортрет
Автопортрет поэта повторяет внешние признаки изысканного и внутренне неустойчивого юноши. Глаза, грусть и мимолётный свет соединяют чувственное самолюбование с ощущением обречённости.
А кровь
Личное счастье невозможно отделить от чужой крови и голодных матерей. Герой сохраняет веру в радость, но хочет поделиться её светом с обездоленными.
Але (1-2 — Цветаева)/1
Мать предсказывает дочери красоту, власть и поэтический дар. За гордой мечтой скрывается страх перед будущим душевным страданием.