О Н. А. Некрасове

                    Я помню, был я с ним знаком
В те дни, когда, больной, он говорил с трудом,
                    Когда, гражданству нас уча,
Он словно вспыхивал и таял, как свеча,
                    Когда любить его могли
Мы все, лишенные даров и благ земли…

                    Перед дверями гроба он
Был бодр, невозмутим,— был тем, чем сотворен:
                    С своим поникнувшим челом
Над рифмой — он глядел бойцом, а не рабом.
                    И верил я ему тогда,
Как вещему певцу страданий и труда.

                    Теперь пускай кричит молва,
Что это были всё слова,— слова,— слова,—

                    Что он лишь тешился порой
Литературною игрою козырной,
                    Что с юных лет его грызет
То зависть жгучая, то ледяной расчет.

                    Пред запоздалою молвой,
Как вы, я не склонюсь послушной головой;
                    Ей нипочем сказать уму:
За то, что ты светил, иди скорей во тьму…
                    Молва и слава — два врага;
Молва мне не судья и я ей не слуга.