В дорогу

Один я бродил по аллеям густым
          Родного лицейского сада —
И снова мелькали пред взором моим
          Деревья, дорожки, ограда:

Те самые липы, та ива, тот вяз,
          Под лиственной тенью которых
Так сладко мечталось — дремалось не раз
          Под их нескончаемый шорох.

По-прежнему сад был тенист и угрюм,
          По-прежнему веял прохладой
И, полный каких-то таинственных дум,
          Навис над высокой оградой.

И даже тропинка, любимая мной,
          По-прежнему в чаще терялась,
По-прежнему в ней извивалась змеёй,
          И ива над нею склонялась.

Глядел я — в душе всё ясней и ясней
          Прошедшие дни оживали
И милые образы старых друзей
          Опять предо мной возникали.

Они проносились один за другим,
          Как тени под пологом ночи,
Являлись и вновь исчезали, как дым
          И снова глядели мне в очи.

Я сердцем встречал их, я сердцем следил
          Их мирный полёт — и, лелеем
Заветным прошедшим, мечтал и бродил
          По тёмным лицейским аллеям.

В дорогу, в дорогу! Уж жизненный путь
          Ковром предо мной разостлался.
В дорогу! Часы за часами бегут,
          А я ещё в путь не собрался.

Но прежде чем путь свой избрать я решусь,
          Мой путь, не богатый дарами,
К кому, как не к вам, я душой обращусь?
          И я преклоняюсь пред вами —

Пред вами, которые здесь до меня
          Росли в этом самом Лицее,
Здесь так же мечтали в саду, как и я
          И может быть в этой аллее;

А ныне, во славу родимой земли
          Пропев песни вещие миру,
В сырую могилу с собой унесли
          Венок и разбитую лиру.

К кому я из детства стремился душой
          И чьи благородные тени
Незримо витают теперь надо мной,
          Покинув могильные сени.

И ты, возмужавший в безвестной тиши,
          Людей сердцеведец великой,
Чьё слово проникло в тайник их души
          И сделалось дум их владыкой!

Творец «Ревизора», певец «Вечеров»,
          Степей поднепровских и Сечи!
Кто, полн вдохновенья, уже был готов
          Начать величавые речи —

И славное имя в бессмертья скрижаль
          Вписавший чертами созданья,
В котором улыбка скрывает печаль
          И смех заглушает рыданья!

И ты, многодумный поэт и певец
          Певца вдохновенного Тасса,
Украсивший барда лавровый венец
          Цветами с родного Парнаса!

Поэт и певец исполина Петра,
          Реформ его славных и планов,
Певец им свершенного в жизни добра,
          Невы и полтавских курганов!

И ты, живописец неправды людской,
          Рассказчик вседневных деяний,
Интриг измельчавших и спеси смешной,
          А с ними и слёз и страданий!

Певец Малороссии милой своей,
          С её вековыми садами,
Где в куще черёмух поёт соловей
          И ветер играет листами!

Певец её неба, полей и лесов,
          С крестами её у дороги
Над прахом умерших в пути чумаков,
          Вдали от родимой берлоги!

Широкий путь жизни уж манит давно
          Меня на борьбу и тревогу.
Часы прозвучали — и так решено —
          В дорогу, в дорогу, в дорогу!