На смерть Пнина

Кого там с песнию унылой

Земле навеки предают?

Над чьею мрачною могилой

Венки стенящи музы вьют?

Что вижу! Пнин, мой друг любезный!

Во цвете лет ты смерть вкусил.

Пролейся ток горчайший, слезный:

Во гробе тот, кто сердцу мил.

Вчера еще ты, Пнин, с друзьями

Спокойно, кротко рассуждал,

Вчера своими ты словами

Их грусть жестоку услаждал.

Ударил час, и смерть, косою

Взмахнув, пресекла жизни нить:

Ты пал, и хладною рукою

Еще претил нам слезы лить.

Стремися в вечность довременну,

Там радость чистую вкушай

И горесть, с миром сотворенну,

В селеньях горних забывай.

Ты с жизнию вкусил печали,

Но твердо их умел сносить;

Тебя любили, почитали,

Несчастных ты умел любить.

Невинность смело защищая,

Ты предрассудки попирал;

Но сам, под игом их страдая,

Неробкой голос возвышал

К отраде тех существ невинных,

Не знающих родства, друзей,

Отцами, ближними гонимых

В несчастной участи своей.

На что ж труды твои служили?

Ты сам стал жертвой смерти злой.

Нет, нет, они соорудили

Тебе тот памятник святой,

Который время не свергает,

Что крепче мрамора стоит;

Пнина всяк добрым называет

И всякий — прах его почтит.

Покойся в мире, прах любезный,

Покойся, добрый человек.

Друзья! поток пролейте слезный,

Что столь его был краток век.

И я окончу песнь унылу,

Не возмущу я твой покой,

Слезами окропя могилу,

Повергну лиру пред тобой.