Три цыгана (переводчик: Пётр Васильевич Быков)

(Из Николая Ленау).

Мы в бричке тяжелой, равниной песчаной,
С трудом подвигались… Вблизи, полосой,
Тянулась лужайка, — на ней три цыгана
В траве отдыхали, под старою вербой.

Один, весь облитый зарею багровой,
Веселую, дикую песнь распевал,
Под звуки визгливые скрипки дешевой; —
Смеющийся лик его страстью дышал.

Из глиняной трубки, другой, с наслажденьем
Курил и глазами следил за дымком, —
Казалось, довольный своим положеньем,
И знать не хотел он о счастье ином.

А третий заснул под раскидистой ивой,
Повесив на ветку свой старый кимвал, —
По струнам зефир пробегал шаловливо, —
И на душу грезы, мечты навевал…

В лохмотья одето цыганское тело,
Но гордые лица отваги полны, —
Беспечность цыгана не знает предела
И казни судьбы для него не страшны…

Я понял, что можно под гнетом недоли,
Весь мир презирая, счастливыми быть:
Развеять с дымком все душевные боли,
Невзгоды средь песен и сна позабыть!

И долго цыган провожал я глазами,
Пока не остались они в стороне, —
Их смуглые лица с густыми кудрями
Дорогою все еще грезились мне…

Петр Быков.