Живой и в смерти

ЖИВОЙ И В СМЕРТИ

Объят кольцом пустыни раскалённой,
Где лик самума кажет жёлтый цвет,
Оазис в изумрудный сон одет,
С рекою голубой и в жизнь влюблённой.

С зарёю дышит лотос умилённый,
Качая в чаше синеватый свет,
Папирус, лучший символ меж примет,
Уводит в храм с колонною взнесённой.

Там в золотистых звёздах потолок.
Там дева-мать, вернейшая супруга,
Вернула в жизнь растерзанного друга.

Вздымаясь к Солнцу, обелиск высок.
Семь тысяч лет твой мёд ещё не выпит,
Живой и в смерти, сад богов, Египет.