Уродцы

УРОДЦЫ

Два глазастые уродца
Из прогорклого болотца,
        Укрепившись в силе,
        К Фее приходили.

И один был Лягушонок,
Еле-еле из пелёнок,
        Квакалка-квакушка,
        В будущем лягушка.

А другой — Упырь глазастый,
Перевёртыш головастый,
        Кровосос упорный,
        И со шкуркой чёрной.

Перевёртыш, перекидыш,
Он в болотце был подкидыш: —
        Согрешил с Ягою
        Бес порой ночною.

Лягушонок же зелёный,
Презиравший все законы,
        Прыгал через мостик,
        Задирая хвостик.

Два глазастые уродца
Из-под кочки, из болотца,
        Искупавшись в иле,
        К Фее приходили.

«Ты», сказали, «иностранка,
Сладкозвонка и обманка,
        Мы же нутряные,
        Водные, земные».

Стали оба, руки в боки.
«Ты», твердят, «без подоплёки.
        Пазуха-то есть ли?
        Всё сидеть бы в кресле».

Не понравился вопросик.
Фея вздёрнула свой носик,
        Призывает свиту,
        Упырю быть биту.

Впрочем, нет. Дерутся волки,
Или глупые две тёлки,
        Фея же воздушна,
        И великодушна.

Фея пчёлкам приказала,
Показали только жало, —
        И Упырь от страха
        Прыг в бадью с размаха.

Лягушонок — мух глотатель,
Пчёл он тоже не искатель,
        И, как пойман в краже,
        «Квак», и прыг туда же.

Два глазастые уродца
Пали вниз на дно колодца,
        И скорбят речисто: —
        «Очень уж тут чисто».

Фея ж пчёлкам усмехнулась,
На качалке покачнулась,
        И с Шмелём, дворецким,
        В путь, к князьям Немецким.