Дивьи жёны

Дивьи жёны внушают нам страх.
Почему?
Вспоминаем ли саван при виде их белых рубах?
Пробуждает ли белый тот цвет в нашем сердце безвестную тьму?
Или людям встречать неуютно
В тенистых лесах
Не людей?
Человек с человеком, как с птицею птица, мелькают попутно,
Всё удобно, знакомо, хоть встреть я разбойника между ветвей,
Знаю, как поступить:
Я слабей — быть убитым, сильнее — убить,
Или что-нибудь, как-нибудь, ну, уж я знаю, как быть.
Тут принять нам возможно решенье.
А вот как поступить, если встретишь ты дивью жену?
Чуть посмотришь на белое это виденье,
Вдруг тебя, непредвиденно, клонит ко сну,
И впадаешь в забвенье.
Ты заснул. Просыпаешься — лес уж другой.
На могилах неведомых вётлы верхушками машут,
Словно старой седою иссохшей рукой, —
Убеги, мол, скорей, убеги, убеги. Но видения белые пляшут.
И лучиной зажжённою светят они,
И приходят, уходят, и бродят огни.

Убежать невозможно.
Дивьи жёны сковали, хотя и не клали цепей.
Сердце бьётся тревожно.
Разорвётся пожалуй. Беги, убеги поскорей.
Убежать невозможно.
Превратишься в берёзу, в траву, в можжевельник, в сосну.
Если вовремя ты заговор против них не вспомянешь,
Так в лесу, меж лесными, в лесной западне и застрянешь.
Не смотри, проходя меж деревьев, на дивью жену!