Откупщик и Сапожник

I. Откупщик и Сапожник

Богатый Откупщик в хоромах пышных жил,
                  Ел сладко, вкусно пил;
        По всякий день давал пиры, банкеты,
            Сокровищ у него нет сметы.
В дому сластей и вин, чего ни пожелай:
            Всего с избытком, через край.
            И, словом, кажется, в его хоромах рай.
                Одним лишь Откупщик страдает,
                  Что он не досыпает.
        Уж божьего ль боится он суда,
          Иль, просто, трусит разориться:
Да только всё ему не крепко как-то спится.
          А сверх того, хоть иногда
Он вздремлет на заре, так новая беда:
          Бог дал ему певца, соседа.
С ним из окна в окно жил в хижине бедняк
Сапожник, но такой певун и весельчак,
        Что с утренней зари и до обеда,
С обеда до́-ночи безумолку поет
И богачу заснуть никак он не дает.
              Как быть, и как с соседом сладить,
              Чтоб от пенья его отвадить?
              Велеть молчать: так власти нет;
              Просил: так просьба не берет.
Придумал, наконец, и за соседом шлет.
                    Пришел сосед.
                «Приятель дорогой, здорово!» —
            «Челом вам бьем за ласковое слово».—
«Ну, что, брат, каково делишки, Клим, идут?»
(В ком нужда, уж того мы знаем, как зовут.) —
                «Делишки, барин? Да, не худо!» —
«Так от того-то ты так весел, так поешь?
                Ты, стало, счастливо живешь?» —
              «На бога грех роптать, и что ж за чудо?
              Работою завален я всегда;
Хозяйка у меня добра и молода:
А с доброю женой, кто этого не знает,
                Живется как-то веселей».—
«И деньги есть?» — «Ну, нет, хоть лишних не бывает,
                Зато нет лишних и затей».—
«Итак, мой друг, ты быть богаче не желаешь?» —
                «Я этого не говорю;
Хоть бога и за то, что́ есть, благодарю;
                  Но сам ты, барин, знаешь,
                Что человек, пока живет,
Всё хочет более: таков уж здешний свет.
Я чай, ведь и тебе твоих сокровищ мало;
        И мне бы быть богатей не мешало».—
            «Ты дело говоришь, дружок:
Хоть при богатстве нам есть также неприятства,
        Хоть говорят, что бедность не порок,
Но всё уж коль терпеть, так лучше от богатства.
Возьми же: вот тебе рублевиков мешок:
            Ты мне за правду полюбился.
Поди: дай бог, чтоб ты с моей руки разжился.
Смотри, лишь промотать сих денег не моги,
            И к нужде их ты береги!
            Пять сот рублей тут верным счетом.
              Прощай!» Сапожник мой,
            Схватя мешок, скорей домой
                    Не бегом, лётом;
            Примчал гостинец под полой;
            И той же ночи в подземелье
        Зарыл мешок — и с ним свое веселье!
Не только песен нет, куда девался сон
            (Узнал бессонницу и он!);
Всё подозрительно, и всё его тревожит:
            Чуть ночью кошка заскребет,
Ему уж кажется, что вор к нему идет:
Похолодеет весь, и ухо он приложит,
Ну, словом, жизнь пошла, хоть кинуться в реку.
                Сапожник бился, бился
            И наконец за ум хватился:
            Бежит с мешком к Откупщику
        И говорит: «Спасибо на приятстве;
        Вот твой мешок, возьми его назад:
        Я до него не знал, как худо спят.
            Живи ты при своем богатстве:
            А мне, за песни и за сон,
            Не надобен ни миллион».