Мешок

VII. Мешок

                  В прихожей на полу,
                            В углу,
                  Пустой мешок валялся.
                  У самых низких слуг
Он на обтирку ног нередко помыкался;
                            Как вдруг
                  Мешок наш в честь попался
              И весь червонцами набит,
В окованном ларце в сохранности лежит.
              Хозяин сам его лелеет,
              И бережет Мешок он так,
                  Что на него никак
Ни ветер не пахнет, ни муха сесть не смеет;
                  А сверх того с Мешком
                  Весь город стал знаком.
        Приятель ли к хозяину приходит:
Охотно о Мешке речь ласкову заводит;
              А ежели Мешок открыт,
То всякий на него умильно так глядит;
              Когда же кто к нему подсядет,
То верно уж его потреплет иль погладит.
Увидя, что у всех он стал в такой чести,
                  Мешок завеличался,
                  Заумничал, зазнался,
Мешок заговорил и начал вздор нести;
              О всем и рядит он и судит:
                        И то не так,
                        И тот дурак,
              И из того-то худо будет.
Все только слушают его, разинув рот;
              Хоть он такую дичь несет,
                        Что уши вянут:
        Но у людей, к несчастью, тот порок,
              Что им с червонцами Мешок
        Что ни скажи, всему дивиться станут.
Но долго ль был Мешок в чести и слыл с умом,
              И долго ли его ласкали?
Пока все из него червонцы потаскали;
А там он выброшен, и слуху нет о нем.

—————

Мы басней никого обидеть не хотели:
              Но сколько есть таких Мешков
                  Между откупщиков,
Которы некогда в подносчиках сидели;
                  Иль между игроков,
Которы у себя за редкость рубль видали,
А ныне, пополам с грехом, богаты стали;
С которыми теперь и графы и князья —
                        Друзья;
Которые теперь с вельможей,
У коего они не смели сесть в прихожей,
              Играют за́просто в бостон?
              Велико дело — миллион!
Однако же, друзья, вы столько не гордитесь!
              Сказать ли правду вам тишком?
              Не дай бог, если разоритесь:
И с вами точно так поступят, как с Мешком.