Октябрьская ночь (перевод П. А. Козлова)

Поэт.

Очнулся я, мои прозрели очи…
Умчалась скорбь, покой душе даря;
Она была сходна с туманом ночи,
Что разгоняет светлая заря.

Муза.

Как тяжелы разлуки годы!…
Какие тайные невзгоды
Так долго разделяли нас?
Какая скорбь тебя терзала?
Я о тебе не раз вздыхала
И горько плакала не раз…

Поэт.

Напрасно я свои утратил силы…
О прошлой муке больно вспоминать;
Пусть мысль о ней холодным сном могилы
В моей груди на веки будет спать.

Муза.

О, не скрывай свое страданье!…
Зачем тоску свою таить?
Лишь спутник смерти бог молчанья, —
С тобой хочу я слезы лить…
Прибегни, друг, в моей опоре,
Признаньем душу облегчи,
И может быть утешат в горе
Участья светлые лучи.

Поэт.

Еслибы муку свою я хотел рассказать,
Я не знал бы, какое названье ей дать…
Что открыло мне тайну мучительных ран:
Безотчетная страсть, или жалкий обман?
Ты со мною опять… Все заснуло кругом.
Я с тобою хочу говорить о былом
И под песню твою, вдохновеньем согрет,
Расскажу тебе повесть промчавшихся лет.

Муза.

Когда горячий луч участья
Во мне ты хочешь пробудить,
Поэт, ты должен без пристрастья
О прежнем горе говорить…
Забыл ли ты свое страданье?
Могу-ль внимать твоим словам?
Лишь утешать мое призванье, —
Я не могу служить страстям…

Поэт.

О, муза, не бойся, минута разлуки
С страданьем настала! Мне снится порой,.
Как будто не я перенес эти муки,
Как будто страдал и томился другой…
Навей на меня вдохновенье и грёзы;
Мы можем отдаться пленительным снам;
Отрадно дарить и улыбки, и слезы
Прошедшему горю, забытым мечтам.

Муза.

Над сердцем, объятым тоскою,
Я нежно склоняюсь, как мать
Над сыном больным; предо мною \
Ты муки не должен скрывать…
Я песню твою не забуду*
Пусть сладко польется она,
На лире я вторить ей буду,
Любви и волненья полна…
Как рой мимолетных видений
В сияньи вечерних лучей,
Ужь носятся светлые тени
Бесследно промчавшихся дней.

Поэт.

О, дни труда, дни счастья и веселья,
Вы снова предо мной!…
Опять вернулся я к убогой келье,
Забытой и пустой,
Где я провел, в тиши уединенья,
Так много светлых дней,
Где я мечтал и голос вдохновенья
Звучал в груди моей.
О, муза, ты опять передо мною
Стоишь в ночной тиши!…
Мы снова запоем, — тебе открою
Я скорбь своей души.
Узнаешь ты, как женщина до срока
Сгубила жизнь мою;
Как я любил и свято, и глубоко,
Как горько слезы лью.
Я отдал ей и молодость, и волю
С покорностью раба;
Не ведал я, какую злую долю
Готовит мне судьба…
В груди моей лишь горе да сомненья, —
Я даром жизнь сгубил;
За то порой бывали и мгновенья,
Когда я счастлив был.
Мне помнится тенистая аллея
Близ сонного ручья,
Где с милою, от страсти пламенея,
Сходился ночью я
И обвивал дрожащими руками
Ее волшебный стан.
Песок хрустел под нашими ногами;
Сребря ночной туман,
Луна блестела; бледный призрак ивы
Указывал нам путь;
Я с милой шел, склоняясь к ней ревниво;
Вздымалась сладко грудь…
Она с слезой горячего участья
Глядела на меня…
Умчался сон. За то, что верил в счастье.
Судьбой наказан я.

Муза.

Не все судьба тебя карала, —
Отраду ведал ты порой;
И, вот, перед тобой предстала
Картина радости былой…
Остановись на ней украдкой,
Не проклинай былые дни;
Забыв тоску, улыбкой сладкой
Минуты счастья помяни…

Поэт.

Нет, улыбаться судьбе не могу я…
Слыша прошедшего тягостный стон,
Муза, тебе передам я, тоскуя,
Жизни убитой безрадостный сон…
Помню, как в час безотрадного горя,
Темною ночью, я милую ждал.
Думам моим неотвязчивым вторя,
Ветер осенний уныло стонал.
Помню, так было мне горько и больно,
Сердце такая щемила тоска,
Что об измене я думал невольно…
Кровь холодела, дрожала рука.
В улице жил я глухой и безлюдной,
Редко шаги раздавались по ней.
В городе царствовал сон непробудный;
Ночь становилась темней и темней.
Ветер носился вдали, завывая.
Сердце томилось предчувствием злым…
В душу тоска Западала немая.
Милую ждал я. Один за другим
Грустной чредою часы проходили;
Время свиданья настало давно.
Мрачные думы мне душу томили;
Полон страданья, глядел я в окно;
Встречи желанной все ждал я напрасно…
Муза! я тайны тебе не открыл:
Милой отдавшись безумно и страстно,
Только ее я на свете любил;
Хуже чем смерть мне разлука казалась…
Цепи старался я сбросить не раз;
С стоном проклятье из уст вырывалось,
С воплем слеза ниспадала из глаз…
Если же облик ее сладострастный
Мне представлялся с улыбкой любви, —
Снова мирился я с думой ужасной,
Снова желанья кипели в крови…
Сном лихорадки, больной и усталый,
К утру заснул я; но только заря
В небе румяным лучом засверкала,
Новые силы природе даря,
Очи открыл я… Вдруг робкой стопою
В дому какая-то тень подошла…
Боже, что вижу!… Она предо мною…
«Где ты всю ночь до утра провела?
С кем ты улыбки и ласки делила?
С кем замирала, нема и бледна?
Ночь сладострастья тебя истомила, —
В бурном весельи промчалась она.
Боже! ужасною жаждой объята,
Снова ты ищешь восторгов любви,
Телом усталым, дрожа от разврата,
Жадно стремишься в объятья мои…
Юность мою ты изменой сгубила…
Скройся на веки, зловещая тень!…
Если ты встала из темной могилы,
Снова сойди под могильную сень!…»

Муза.

Уйми душевное волненье,
Не предавайся прежним снам…
Объята ужасом, в смятеньи
Внимала я твоим словам…
Струею алой кровь готова
Из старой раны брызнуть снова…
Не вспоминай унылых дней;
Забудь бездушную сирену;
Ее коварную измену
Изгладь из памяти своей…

Поэт.

О, срам тебе! Клеймом позорным
Измена ляжет на тебя…
Коварством и обманом черным,
Мне жизнь безжалостно губя,
Ты за любовь мне отплатила.
Через тебя я чашу бед
Узнал; ты саваном покрыла
Весну моих цветущих лет…
С тех пор не верю я в участье;
На мне легла тоски печать;
Я даже светлый призрак счастья
Стал, полон горя, проклинать…
Убила ты святые грезы,
Попрала светлые мечты,
И если я не верю в слезы,
Так оттого, что плачешь ты.
Я жил беспечный и счастливый;
Немой тоски не знала грудь…
Не трудно было речью лживой
Младое сердце обмануть…
Оно, как нежное растенье,
Цвело… Зачем сгубила ты
Коварным словом обольщенья
Мои надежды и мечты,
Души восторги молодые?
Мою любовь сгубил обман.
Я чрез тебя узнал впервые
Тоску и боль сердечных ран…
Они и тяжки, и глубоки…
Увы, с тех пор из глаз моих
Горючих слез текут потоки!
Я скорбь свою оною в них.
Я знаю, снова не проглянет
Отрадный луч в моей судьбе,
Но может-быть в те слезы канет
Воспоминанье о тебе…

Муза.

Умолкни, друг! Хотя-б одно мгновенье,
Ты с женщиной коварной счастлив был…
Не проклинай минуты увлеченья,
Не проклинай свой юношеский пыл…
Укором ты бесплодно грудь тревожишь;
В ней ненависть и злобу заглуши.
Забвенья жди, коль ты простить не можешь;
Оно разгонит мрак твоей души…
Томился ты; былые муки святы;
Усопшие почиют вечным сном
В земле сырой; в душе, тоской объятой,
Пусть так же дремлет память о былом.
В твоей груди страданий было много;
Лишь попранные грезы и мечты
Ты видишь в них; но разве волю Бога
И тайны Провиденья знаешь ты?…
Без теплого дождя не зреют нивы;
Никто без слез прожить не может век.
За каждый миг отрадный и счастливый
Годами скорби платит человек.
Страданья — участь смертных. Редко, редко
Блаженства час даруется судьбой.
Эмблема счастья — сломанная ветка,
Покрытая цветами и росой…
Ты позабыл коварную измену…
Ты счастлив, юн, тебя ласкает свет.
Ты радостям земным не знал бы цену,
Когда-б не помнил горя прошлых лет.
В кругу друзей, в минуту ликованья,
Тебя не веселил бы смех и шум,
Когда бы ты не знал тоски страданья,
Горючих слез и безотрадных дум…
Ты любишь Микель-Анджело, Шекспира,
Стихи Петрарки, звезд дрожащий свет,
Величье и красу земного мира —
За то, что в них находишь ты ответ
На скорбь свою. Не раз, в часы невзгоды,
О смерти думал ты, смятенья полн;
С тех пор ты любишь жизнь, красу природы,
И шум лесов, и сладкий ропот волн…
Скажи, о чем ты плачешь и вздыхаешь?
Ты подарил другой свои мечты?…
Когда былое горе вспоминаешь,
Еще милей любимые черты…
С подругою, в свиданья час счастливый,
Ты ходишь в лес; отрадой дышет грудь,
Как в оны дни; вам бледный призрак ивы
Во тьме ночной указывает путь…
В твоих объятьях сладко замирая,
Она к тебе склоняет чудный стан…
Все спит кругом; унылый свет бросая,
Луна блестит, сребря ночной туман…
В душе твоей сияет луч надежды, —
О прошлых днях зачем вздыхать тебе?
От горьких слез твои прозрели вежды,
Твой дух окреп в страданьи и борьбе…
Слезою примиренья и участья
Ты помяни страданья прошлых дней, —
Через тоску узнал ты тайну счастья…
О женщине коварной пожалей…
Печальный долг достался ей на долю…
Тебя заставив горько слезы лить,
Она судьбы лишь исполняла волю;
Она тебя любила может-быть…
Поверь, поэт, ее не лгали слезы…
Когда бы в ней дышал один обман,
Все пожалей ее. Утихли грозы
В твоей душе; как утренний туман,
Как мрачный сон, былая скорбь умчалась…
В тебе кипит избыток чувств и сил;
Тебе надежда светлая осталась…
Ты горе знал, но верил и любил…

Поэт.

Страданья злоба не умалит.
Преступна ненависть моя, —
Она больное сердце жалит
Как ядовитая змея…
О, муза, вновь я рвуся в свету,
С тобой разлуви не снесу,
Вонми священному обету,
Что я дрожа произнесу:
Клянусь лазурными очами
Моей любовницы младой,
Клянусь цветущими полями
И неба чудной синевой;
Клянусь звездой благословенной,
Что мы Венерою зовем,
Которой луч, как перл бесценный,
Сияет в небе голубом;
Клянусь величьем мирозданья,
Клянуся благостью Творца
И славой вечного сиянья
Его нетленного венца;
Клянусь блаженством и свободой,
Клянуся жизненным огнем,
Красой бессмертною природы
И счастья трепетным лучом, —
Что о былом воспоминанье
На век в душе моей умрет!…
Забвенье прошлое страданье
С собою в вечность унесет…
Неверный друг, былые муки
Я поклялся на век забыть,
Но час забвенья и разлуки
Прощенья часом должен быть!…
Простим друг друга, — нам с тобою
Одним путем ужь не идти;
Прими с последнею слезою
Мое последнее прости…
Забыв тяжелые невзгоды,
О, муза, вновь к тебе летит
Моя душа!.. Как в счастья годы
Пусть песня радостно звучит.
Мы по лесам скитаться будем
И с первым солнечным лучом
Мы песней милую разбудим
И для нея цветов нарвем…
Природа сбросит сна оковы,
Лишь день настанет. Вместе с ней
Воскреснем мы для жизни новой
При блеске солнечных лучей.