Сатир и Гнусные люди

      Сквозь темную пред оком тучу
                  Взгляни, читатель, ты
                  На светски суеты!
Увидишь общего дурачества ты кучу;
Однако для ради спокойства своего,
Пожалуй, никогда не шевели его;
Основана сия над страшным куча адом,
            Наполнена различным гадом,
                        Покрыта ядом.
С великим пастухи в долине были стадом.
                              Когда?
                  Не думай, что тогда,
                  Когда для человека
            Текли часы златаго века,
Когда еще наук премудрость не ввела
И в свете истина без школ еще цвела,
Как не был чин еще достоинства свидетель,
                        Но добродетель.
И, словом, я скажу вот это наконец:
Реченны пастухи вчера пасли овец,
По всякий день у них была тревога всяка:
                  Вздор, пьянство, шум и драка.
                        И, словом, так:
Из паства сделали они себе кабак —
                              Во глотку,
                  И в брюхо, и в бока
                  На место молока
                        Цедили водку,
И не жалел никто ни зуб, ни кулака,
Кабашный нектар сей имеючи лекарством,
А бешеную жизнь имев небесным царством.
            От водки голова болит,
            Но водка сердце веселит,
            Молошное питье не диво,
                  Его хмельняй и пиво;
            Какое ж им питье и пить,
                  Коль водки не купить?
А деньги для чего иного им копить?
В лесу над долом сим Сатир жил очень близко,
И тварию их он презренною считал,
Что низки так они, живут колико низко.
Всегда он видел их, всегда и хохотал,
Что нет ни чести тут, ни разума, ни мира.
            Поймали пастухи Сатира
                        И бьют сего —
Без милосердия — невинна Демокрита.
Не видит помощи Сатир ни от кого.
Однако Пан пришел спасти Сатира бита;
Сатира отнял он, и говорил им Пан:
«За что поделали ему вы столько ран?
                  Напредки меньше пейте;
А что смеялся он, за то себя вы бейте,
                  А ты вперед, мой друг,
Ко наставлению не делай им услуг;
                  Опасно наставленье строго,
            Где зверства и безумства много».

<1769>