Лев и осёл
Льва погибавшаго, как это всем известно,
Со скотской грубостью шальной осел лягнул,
Но сделав это он, как не был глуп, смекнул,
Что был его курбет направлен неуместно,
И, чтоб поступок свой скорее оправдать,
Не говоря дурнаго слова,
Он к оскорбленному рысцой примчался слова
И ну его лизать...
Но лев ослинаго не принял извиненья
И, с тихой грустию сказал:
«Лягаться гадко, без сомненья,
Но ведь и ласка - оскорбленье,
Когда ласкается нахал...».
Лягнет писателя фельетонист иной
И след своих копыт замазать лестью хочет;
Но он себя морочит:
Он оскорбляет вновь своею похвалой.