В тихих горницах
Ты светишься всегда так равномерно-ясно,
Но этот ровный свет не оттого так тих,
Что сердце у тебя безмолвствует безгласно,
А оттого, что в нём поёт бессмертный стих.
Его ты слышала в младенческие зори,
Когда привязан был челнок твой к кораблю,
Его ты слышала в надмирном разговоре,
Когда я прошептал, и услыхал, «Люблю».
И будешь ты гореть, безгласная лампада,
Но не в безжизненном тоскующих гробниц,
А в тихих горницах, где сердце мыслить радо,
Что много ведало, когда-то, нежных лиц.
И между них одно взнеслось над мглой теченья,
Миг единения — навеки был певуч,
И слово, полное бессмертного значенья,
Всё держит свой прямой ненарушимый луч.