Великой матери
Каждый день, по утрам, по опушке лесной,
Я один прохожу, лишь поля предо мной.
Каждый день, ввечеру, близ плакучих берёз,
Я в душе проношу закипания слёз.
Неоглядная ширь. Непостижная тишь.
Я горел. Я пришёл. Почему ж ты молчишь?
Ты, моя, не моя. Ты родимая мать.
Но с тобой не могу я медлительно ждать.
Но с тобой не могу быть в бесславных боях,
Потому что в крылах есть могучий размах.
Все твои сыновья это братья мои.
Все! И вор, и злодей! Всех кажи! Не таи!
Но, родимая мать, как палач палачу,
Буду брату в борьбе! Палача — не хочу!
И убить не хочу. Но и быть не хочу
Там, где вольно нельзя быть дневному лучу.
Я крылатый твой сын, я певучий певец,
Я восторгом обжёг много быстрых сердец.
Ну и вот наконец… Вижу долю мою…
Я один средь полей… И как нищий стою…
Помоги же мне, мать! О, родимая мать!
Научи же меня, с кем войну воевать.
А не хочешь войны, — а довольна собой, —
Отпусти же меня на простор голубой.