Альбом
Альбомъ, какъ жизнь, противорѣчій смѣсь,
Смѣсь добраго, худаго, пустословья:
Здѣсь дружбы дань, тутъ свѣтскаго условья,
Тутъ жаръ любви, тамъ умничанья спѣсь.
Изящное въ немъ наряду съ ничтожнымъ,
Умъ съ глупостью иль истинное съ ложнымъ:
Идей и чувствъ пестрѣетъ маскарадъ;
Все счетомъ, все въ обрѣзъ и по наряду;
Частехонько ни складу нѣтъ, ни ладу:
Здѣсь риѳмъ наборъ, а тамъ пустый обрядъ.
Какъ въ жизни, такъ не точно ль и въ альбомѣ
Плоды души сжимаетъ свѣтскій ледъ,
Подъ свой аршинъ приличье всѣхъ гнететъ,
И на цѣпи, какъ узникъ въ желтомъ домѣ,
Котораго намъ видѣть смѣхъ и жаль,
Иль тотъ звѣрокъ, что къ колесу привязанъ,
Въ одномъ кругу вертѣться умъ обязанъ
И двигаясь не подвигаться вдаль?
Пусть отомститъ мнѣ пчелъ альбомныхъ жало,
Но я еще сравненье имъ припасъ:
Поэзіи и меда въ жизни мало,
А въ сихъ стихахъ и менѣе подъ часъ.
Къ цвѣтнымъ листкамъ альбомовъ стихъ болтливый
Радъ примѣнить пестрѣющіе дни:
Есть свѣтлые, какъ радуги отливы,
Есть темные, померкшіе въ тѣни!
Какъ на вѣку день на день не придется
И будни въ слѣдъ за праздникомъ; равно
Въ альбомѣ тоже: здѣсь сердце улыбнется,
А тамъ зѣвнетъ съ рассудкомъ заодно.
Иной листокъ для памяти сердечной
Дороже намъ поэмы долговѣчной,
И день иной намъ памятнѣй, чѣмъ рядъ
Безплодныхъ лѣтъ, что выдохлись, какъ чадъ.
Счастливъ, кому, по милости фортуны,
Отсчитанъ день для сердца вѣчноюный!
Счастливъ и тотъ, чей стихъ, любовь друзей,
Какъ сердца звукъ на сердцѣ отзовется:
Тотъ безъ молвы стотрубной обойдется
И безъ прислугъ журнальныхъ трубачей!
Боясь въ дверяхъ безсмертья душной давки,
Стремглавъ не рвусь къ ступенямъ книжной лавки
И счастья жду въ смиренномъ уголкѣ.
Пусть гордый свѣтъ меня купаетъ въ Летѣ,
Лишь былъ бы я у дружбы на примѣтѣ
И живъ у васъ на памятномъ листкѣ.
Князь Вяземскій.