В снежной замети
Ночная снежная метель требует переждать путь в лесу. Утренний наст обещает стать надёжным мостом для возвращения.
Здесь собраны стихи, написанные в XX веке. Читайте полные тексты лирики, поэм и новаторских произведений, сравнивайте авторов и переходите к их страницам.
Смотреть поэтов группы →Ночная снежная метель требует переждать путь в лесу. Утренний наст обещает стать надёжным мостом для возвращения.
Ровный внутренний свет любимой объясняется бессмертным стихом, услышанным в мгновение единения. Тихая душевная близость сохраняет силу любовного слова среди сменяющихся воспоминаний и …
Искусство требует готовности к высоте, одиночеству и отказу от лёгкого успеха. Лирический голос отделяет этот путь от краткого земного торжества.
Ночные созвездия осмыслены как шатры и свечи тех, кто разлучён с земным мгновением. Заря гасит их знамения, оставляя один властительный свет Денницы.
Разочарованная похвала Брюсову оборачивается обвинением в книжности и зависти. Ночник противопоставлен настоящей поэтической звезде.
Розы поэтического дара Иванова представлены не исчерпанием общего богатства, а указателями пути к вечной красоте. Мгновенные цветы оказываются лишь тенями единой недостижимой …
Любовное требование покорности переживается как насилие. Повтор жеста сжатия связывает объятие с угрозой.
Собачий голос рассказывает о привязанности, телесном чувстве и ночной настороженности. Сонет раскрывает имя говорящего лишь в финале, соединяя звериный взгляд с образом …
Странствия неизменно возвращают память к родным лесам и цветам. Воспоминание о реке и старой мельнице превращается в настойчивый зов домой.
Осенний дым затуманивает сад с античными изваяниями, а воды покрываются тонким льдом. Крики лебедей и воображаемые гарпии превращают пейзаж в тревожный мир, …
Чтение звёздных знаков не даёт духу прямого ответа о его судьбе. Предложенное звёздами правило требует сгореть в свой срок, противопоставляя преображение тщетной …
Герой возвращается к Афродите после долгого поиска собственного бога и высшего смысла. В её неподвижном образе и последней губительной страсти он надеется …
Черты возлюбленной воспринимаются как множество лукавых сетей Амура. Поэт сравнивает себя с единственной певчей птицей, ради которой расставлена эта общая ловушка красоты.
Сон о голубом мире создаёт пространство без печали и разлуки. Совместный путь среди звёзд, цветов и звучащих пещер завершается обещанием вечного единства.
Василёк среди хлебных колосьев уподоблен рифме и небесной лазури. Его бесполезная для урожая красота утверждает самостоятельную ценность искусства.
Сказочный ответ связывает голубизну глаз с молниями, небом и цветами. Нарастание синих оттенков превращает женский портрет в весеннее цветовое видение.
Лунные отражения в реке превращаются в голубые цветы, которые пленённая героиня вынуждена собирать. Напрасная мольба к властной луне завершается погружением в воду …
Летний вечер с вином и пением сменяется осенью, морозом и отчуждением. Героиня уже наизусть знает коченеющую грусть любви, которую не может согреть …
Уставшие гребцы теряют веру в близость цели. Новая смена продолжает общий путь через туманное море.
Народная примета о гречихе превращается в доверительное заклинание. Весенние цветы соединяют природное ожидание с близостью двух душ.
В глубокой порфирной гробнице лежат клочья парчи и два крутых ребра; в костях руки железная секира, на черепе венец из серебра. Венец …
Слияние облачка с грозовой тучей изображено как страстный поцелуй. Молнии и превращение в светлую каплю завершают аллегорию любовного восторга.
Небесное молчание не прекращает сердечного порыва. Любовь призывается устроить кроваво-красный праздник.
Эротический портрет связывает телесную красоту с возможностью её поэтического сохранения. Стих должен дать краткой чувственной близости длительность, доступную лишь искусству.
Материнские предостережения о ночном пути встречают решимость сына. Последнее прощание придаёт дороге оттенок необратимого ухода.
Красный цвет животной крови и зелень растений представлены двумя дарами живого мира. Их внешняя раздельность сменяется обнаружением взаимного присутствия и скрытого родства.
Несколько взглядов на недоступную любимую меняют высоту и глубину воображаемого пространства. Два цветка становятся образом соединённых любви и тоски, которые герой предпочитает …
Числа, стороны света и стихии соединяются с движением раскрывающегося веера. Завершается этот узор обращением к другу, которому герой отдаёт нежность и жизнь.
Свет и тьма представлены связанными началами: ночное воспитание помогает принести дню цветы.
Древний Египет показан одновременно погребённым и продолжающим жить. Космический ритм, любовь и разлив реки утверждают силу жизни перед исчезновением.