Стихи XX века

Сонеты-гобелены. Дыханьем мертвым комнатной весны

Искусственная весна гостиной пленяет героя светом абажуров, тканями и отражениями. Комнатная красота противопоставлена снегу за окном и становится сладкой несбыточной мечтой.

Сонеты-гобелены. Как мудро-изощренная идея

Орхидея представлена существом на границе цветка, зверя и изощрённой идеи. Поклонение её странной красоте открывает тревожный мир чувственного соблазна.

Сонеты-гобелены. Как облачный, беззвездный небосклон

Надвигающаяся ночь постепенно утяжеляет воздух комнаты и сжимает мечту. Умирающий день получает образ погребения, которому отвечают вечерние флейты тоски.

Сонеты-гобелены. Роняя бисер, бьют двенадцать раз

В полночь женский образ сходит с гобелена и кажется герою возвращённой красотой. Попытка обнять видение вновь превращает живую фигуру в неподвижное изображение.

Сонеты-гобелены. Шутили долго мы, я молвил об измене

Неловкая шутка об измене заставляет любимую уйти. Её бегство напоминает герою сцену охоты на гобелене, где серна спасается от преследования в озёрной …

Сон. Я его ждал, так пламенно, так долго

Давно ожидаемый посланник появляется в обычном городском облике и возвещает близкий конец. Герой отвечает ему спокойной улыбкой и образом Мадонны с Сыном.

С острогой

С.-Петербург

Сатирическая география перечисляет признаки имперской столицы от памятников до полицейского насилия. Формула городской гордости превращается в список унижений и несвободы.

Спит река в бреду своих туманов…

Туманная река, неподвижные облака и редкий ночной крик образуют тревожный пейзаж. Смятённые мысли идущего человека находят отклик в природе, которая словно спит, …

Ставят Ярилу

Изготовление деревянного Ярилы показано как страшный обряд, в котором удары по липе чередуются с убийством юных жриц. Новый бог получает лицо и …

Стамбул

Старик сидел, покорно и уныло

Стихи Вагина из пьесы «Дети Солнца»

Герои говорят, что они искры среди тьмы и зёрна будущего. Они служат храму свободы, правды и красоты, чтобы слепые кроты выросли гордыми …

Столп огненный

Путники блуждали в раскалённой пустыне, томительно светил знойный день, а туманный столп уходил перед ними во мглистые дали. Но пала ночь, столп …

Странник. Идет навстречу мне странник)

Встречный странник открывает герою чудесный ларец с двумя обителями: рыцарским пиром и строгим храмом Грааля. После исчезновения видения человек остаётся перед двумя …

Судра

Сумерки

Сумерки мягко сменяют закат и уподобляются волнам, исцеляющим солнечные раны. Их приход герой встречает молитвенным стихом, созвучным затихающему вечеру.

Таиах

Прохожий прощается с царевной Таиах, оставляя мир лунных снов ради земных чувств и живых людей. Память об их близости он обещает сохранить …

Тайна

Терем

Терцины в честь Жиля Гобелена

Искусство гобелена обещает красоте жизнь за пределами тления. Обращение к мастеру превращается в защиту изысканного вымысла, который сохраняет мир после исчезновения его …

Тишиною, умершей зарею

Вечерний выход из затихшего дома раскрывает холодную красоту заснеженного сада. Среди молчащих деревьев и темнеющей дороги живая голубая звезда становится знаком нежного …

Тоньше

Тонкость природной материи служит аналогией свободе мечты и очарованию поэтического слова.

Три обета

Молодой рыцарь даёт Марии обеты послушания, чистоты и бедности. Ответ обещает ему не земную славу и любовь, а смерть на пути служения …

Три песчинки

Фея вод спрашивает, что можно сделать из трёх песчинок. Герой даёт букетик былинок и объясняет: одну песчинку он бросит в море, другую …

Трудно фее

Весна говорит голосами сирени, стрижа, ландышей и травы: все шепчут «Фея». Фея вздыхает, что трудно - ей надо любить каждого.

Тэмджид

Усталость

Лирический голос переживает физическую и душевную усталость, не верит в откровение и не может поверить в новую жизнь. В финале усталость и …

Ухожу. На сердце — холод млеющий

Уходящий герой отказывается возвращаться к прежней жизни и её обещаниям. Ночной путь передаёт окончательность разрыва и холод внутренней опустошённости.

Фея и снежинки

Снежинки спешат с небес к Фее, скользящей на коньках по льду.