Исполнение
Прозрачный зной и белеющие руки соединяются с образами овна, меча и лилий. Движение женщины в дол воспринимается как исполнение загадочного обряда.
Здесь собраны стихи, написанные в XX веке. Читайте полные тексты лирики, поэм и новаторских произведений, сравнивайте авторов и переходите к их страницам.
Смотреть поэтов группы →Прозрачный зной и белеющие руки соединяются с образами овна, меча и лилий. Движение женщины в дол воспринимается как исполнение загадочного обряда.
Разные религиозные, гражданские и научные голоса предлагают несовместимые ответы о назначении жизни. Итоговый вопрос переносит поиск истины к яду и стилету, обнажая …
Итальянский певец исполняет песню в уютном кабинете на фоне заката. Красный жилет объединяет музыкальную сладость с пламенеющим вечерним светом.
Флоренция представляется грешной вдовой, хранящей память костра Савонаролы. Карнавальная чувственность и молитвенный страх соединяются в городе, где радость словно навеки проклята.
Декабрьская тьма переживается как ежегодная болезнь и приближение смерти. Герой сравнивает себя со зрелым колосом, брошенным в демонской игре.
Нежность летнего дня соединяется с тревогой будущего прощания. Героиня заботится о любимом и предлагает ему песню о разлуке.
Туман, приникший к земле, кажется выражением нежной близости. Тихий звук весла вызывает вопросы о том, кто в природном мире зовёт и отвечает.
Странник радуется босой дороге и лёгкой сумке. Смиренная простота движения соединяется со свободным сочинением певучих стихов.
Внутренний мир меняется между пламенем и холодом, покоем и волнением. Из этой противоречивой смеси складывается весь кубок жизни.
Сдержанная встреча побуждает героиню вложить годы страдания в одно слово. Ответа не следует, и после ухода мужчины остаются пустота и ясность.
Русский путешественник бродит по Риму без должного благоговения перед античной славой. Усталость, папироса, тень и натёртые ноги оказываются сильнее исторического восторга, а …
Герой славит огонь за способность превращать уродливое в прекрасное. Слияние души с пламенем становится для него оправданием прожитой жизни.
На закате сад полон маков, ароматных матиол и росной прохлады. Цветы и злаки словно разделяют желание ласки и вечернего отдыха.
Одинокий странник ищет среди людей духовное родство, сохраняя радостное доверие к жизни. Его путь поэта питается несбыточной мечтой и надеждой однажды вернуться …
Угрозе судьбы противопоставлены заново вспаханные поля и новые всходы. Возобновляющаяся жизнь сохраняет силу даже перед суровым предчувствием.
Мир переживается как горький напиток, в котором обманчивы любовь и слава. Повторы возвращают героя к чувству тщетности собственного томления.
Герой рассказывает о полученном духовном сокровище, измене своему стражничеству и последующем падении. Из замкнутого мира пожарищ он обращается к товарищу с просьбой …
В восьми сохранённых строках рассказчик узнаёт на улице прежнего удальца, теперь состарившегося и обедневшего. Текст обрывается без завершённой строфы; полноту произведения нужно …
Тихие каменные домики представлены как жилища людей, уже лишённых жажды и огня. Их спокойное довольство оборачивается неподвижным пленом и золой прежних стремлений.
Железнодорожная задержка неожиданно даёт герою возможность сблизиться с незнакомой девушкой. Совместный уход с насыпи в лес превращает катастрофу в счастливый случай любовного …
Юная устремлённость несёт героя к неизвестным достижениям и чужим планетам. Страсть и сверкание обещают воспламенить саму его судьбу.
Четыре женских имени образуют повторяющийся литературный квартет. Игра французскими ассоциациями, стихами и застольными деталями создаёт ироническую стилизацию.
Голос древнего царя перечисляет завоевания, строительство и любовь к Ниргал. Личная утрата, вызвавшая жестокую расправу, завершается признанием, что даже великий человек исчезает …
Счастливая молодая пара вызывает у героя мучительное отчуждение от простой любви. Близость с адресатом основана на невозможности примириться с землёй и тяге …
Волчья колыбельная учит детёныша накапливать силу и ненависть для выживания. Ласковая песенная форма превращена в суровый завет борьбы.
Девушка ждёт всадника у плетня. Сказочный образ королевы придаёт встрече тревожную мечтательность.
Прощание с Северным морем соединяет личную встречу с памятью о завоевателях, борцах за свободу и художниках. Неизменные волны проходят сквозь века, поглощающие …
Повторяющиеся вопросы ищут того, кто проливает и пьёт живую кровь. Неназванный мучитель остаётся за пределами видимой сцены, усиливая ощущение ужаса.
Неуловимую искру художник может передать только её быстрым следом. Горящие линии становятся тканью собственного видения зыбкого мира.
Церковный купол и крест соединяются с небом и печальными полями. Земной пейзаж словно возносится к благодатной небесной тайне.