Стихи XIX века

В Архипелаге ночью

Ночная опасность в морском тумане переживается как столкновение с враждебными духовными силами. Герой отвергает мысль о слепом материальном роке и видит за …

В Боржоме: Воронцовский парк

Под хвойным пологом взгляд движется от птицы в небе к глубокой речной теснине. Тишина и высота лесного парка противопоставлены шумной жизни курорта.

В Боржоме: Минеральный парк

Утренний парк раскрывается в солнечном свете, блеске росы и шуме Боржомки. Пейзаж завершается тихим присутствием незнакомки, погружённой в мечту.

В Боржоме: На поезде

Из окна поезда открываются река Кура, горные склоны, сады и селения. Движение через ущелья завершается прибытием в Боржом и узнаваемым звуком станционного …

В Боржоме: Ночью

Ночное любование курортными огнями и луной окрашено предстоящим отъездом. Герой старается удержать в памяти горы и открывающуюся с балкона картину.

В Боржоме: У ротонды

У курортной ротонды собирается нарядная публика, звучат разговоры и начинается танцевальный вечер. Рядом с человеческой суетой луна продолжает освещать южный пейзаж.

Вдоль Наровы ходят волны

Рыбаки на Нарове едва не вылавливают морскую царицу. Новые невода приносят хорошую добычу, но она уже не соответствует ускользнувшей мечте.

В древней Греции бывали

Красота дочери собеседника вызывает у героя воспоминание о древнегреческих состязаниях. Нежные звуки, запахи и лунный свет кажутся единственной достойной тканью её покровов.

Волна упала, прошумев,

Погибшее поколение уподоблено волне, чей краткий блеск смог встревожить ночную тьму. Вера в новые волны утверждает преемственность усилий и надежду на более …

Воспоминанья вы убить хотите?!

Воспоминания названы последними светильниками старости, которые невозможно уничтожить усилием воли. Но память о стыде способна омрачить даже их утешительный пир.

Вот минута прощальная

Прощание заставляет героя спрашивать, зачем любимая прежде искала его и приходила ночами. Её бледность и грусть отражаются в образе одинокой больной луны.

Вот — мои воспоминанья

Памятные вещи сохраняются, но имена связанных с ними людей стираются. Герой принимает взаимное забвение как беспощадную справедливость времени.

Вот она — великая трясина!

Лодка вязнет в большой болотной трясине среди птиц, нимфей и насмешливого лягушачьего хора. Обещание осушить болото сменяется страхом самим опрокинуться в воду.

В пустынной вышине

В путь пора — ладья готова

Героя приглашают спокойно лечь в готовую ладью и довериться переправе. Пробуждение обещано уже за пределами земли, в родном неземном бытии.

Всё затихло кругом, но мечтой овладев

Отзвучавшая песня возвращается в полудрёме и пробуждает душу, томящуюся по свободе. Полнота жизни, любви и страдания оборачивается парадоксальным желанием смерти.

Всё минувшее забыто

Мечта освобождает человека от прошлого и даёт надеждам человеческий облик. Торжественные сады и светлые люди наполняются воображаемым весельем.

В сердце запала случайно

Случайная светлая искра разгорается в сердце ярким огнём. Но холодный ветер гасит её, оставляя боль и внутреннюю темноту.

Всё хочет петь и славить Бога

Всё природное бытие стремится петь хвалу Богу. Человек слышит этот вечный напев и вновь передаёт его в собственных словах и созвучиях.

Всплески

Два кратких текста соединяют образ мёртвого монарха с пятистрочной памятью о навеки умолкнувшей песне. Игра созвучиями сменяется мыслью о напеве, продолжающем звучать …

В тишине тёмно-синей

Очарованный лунным зимним лесом герой жаждет чуда и откровения. Но неземные голоса напоминают ему о принадлежности жалкому миру и предрекают, что из …

В холодный, скучный мрак моей печальной ночи...

Память о внимательном взгляде и застенчивых словах согревает предстоящую печальную ночь. Желанный образ становится мерой добра, любви и красоты, которую героиня будет …

Вы побелели, кладбища граниты

Иней после оттепели делает кладбищенский гранит похожим на белый мрамор. На этом фоне герой спрашивает, не теплее ли могила самой холодной жизни.

Высоко гуляет ветер

Свободный воздушный сильф получает совет не опускаться в человеческую грудь. Земная тоска и злые чувства способны превратить лёгкий ветер в скелет.

Гляжу на сосны, — мощь какая!

Герой сравнивает стройную сосну с деревом, выросшим после старой травмы. Именно кривые и мощные ветви раненого дерева оказываются человеку ближе.

Гораздо больше позабыто

Детские впечатления остаются в памяти ярче недавних событий. Они уподоблены первобытной земле с мощными и дерзкими очертаниями.

Да, да, когда я молод был

Старшее поколение узнаёт в молодых собственную прежнюю непримиримость. Библейские и римские образы превращают смену возрастов в повторение вины и возмездия.

Дни бывают… Сладкой муки

Луч живой любви прорывает холод безучастия и делает явью то, что прежде лишь снилось. Сердце освобождается от гнёта, и в нём созревают …

До и после

Любовь к жизни основывается для героя на её неисчерпаемой тайне и обещаниях. Даже после возможного крушения мечты он готов найти тихую радость …

Его портрет лет тридцать только

От некогда известного богатого человека почти не осталось памяти. Лишь случайное пожертвование на приют сохранило его имя и портрет.