Я вижу тебя черноокой, — разлука!
Разлука последовательно принимает облики матери, литературной героини, цыганки и разрушительной стихии. Финальное узнавание её в самой Марине превращает внешнюю беду в собственное …
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Разлука последовательно принимает облики матери, литературной героини, цыганки и разрушительной стихии. Финальное узнавание её в самой Марине превращает внешнюю беду в собственное …
Близость тела не снимает расстояния между двумя душами. Нежное знание жестов и черт любимого сталкивается с невозможностью ответного движения.
Записка о бедности и одиночестве заканчивается признанием бессилия. Героиня отвечает на исповедь безжалостно бытовым жестом - разжигает печь.
Книга отправляется к близким подобно бутылке, брошенной в военные волны. Стихи должны преодолеть разлуку и донести ночное движение души с севера на …
Перечень отправленных в Донбасс вещей сопровождается требованием угля. Агитационный обмен связывает помощь шахтёрам с ответным трудом.
У камина героиня переживает жажду более сильного огня и грезит далёким оазисом. Ожидание избранника обещает выход из внутренней пустыни.
Повторный припев о будущем соединяет радость жизни с дерзостью труда и мысли. Бури, опасность и неизведанное не должны помешать общему движению к …
Спокойное движение акробата противопоставлено тревожному любопытству толпы. Опасное ремесло канатоходца становится подобием существования поэта.
Встреча с Анной приносит тихую полноту. Сонет и часовня становятся образами совместного избавления от тоски.
Купающаяся дама не может выйти из пруда перед пажом, который делает вид, что занят лебедями. Комическое преувеличение оставляет героиню в воде навсегда.
Без самовластия, с полной кротостью, лёгкий воздух над пропастью. Молнией вырастает змееволосый звёздоочитый цветок, не смертоносный и без защиты; героиня знает, что …
Повторный призыв любить без слов сопровождает наступление немой ночи. Любовь должна оставаться рядом даже на пределе сна.
Ряд ожиданий и видений завершается провозглашением поцелуя. Телесный жест становится выражением найденной бесспорной истины.
Говорящая опускает ладонь в полунощные глубины и не находит приметы того, кого ищет. Но жаворонок роняет с высоты весть: он за морем, …
Крылатая стойкость перед горем переходит в видение спасения среди волн. Ангельская конница и надежда на Бога несут радостное чувство преодолённой опасности.
Четвёртое стихотворение цикла: над спящим юнцом золотые шпоры, команда «вскачь», воровская свора по пятам, «Георгий, плачь!». Команда «вплавь» под купол Софийский, «пропали, …
Всю ночь в снах героини благоухала Роза, дочь, мать и страсть Эроса. Героиня спрашивает, как усвоить и расколдовать речь Розы и как …
Большевик изображён через размах русских пространств и телесную богатырскую силу. Революционная новизна раскрывается как продолжение прежней Руси.
Сожжение картин Боттичелли при Савонароле становится вопросом к Року о власти фанатизма над искусством. Сквозь историческую катастрофу утверждается невозможность окончательно уничтожить красоту.
Рассказчик с нарочитой настойчивостью следит за неизвестным ослом, идущим через Тавриз. Вопросы о цели пути обрываются грубоватой репликой, разрушающей ожидание объяснения.
Ночная тоска переходит в мысль о человеческом созидании без готовой опоры. Медленное действие капель становится образом труда, строящего общий духовный дом.
Разрушительная буря противопоставлена невозмутимости мудреца. Стихийное величие не способно ни обрадовать, ни огорчить пресыщённого наблюдателя.
Таинственное цветение растений освобождает героя от привычных человеческих представлений. Поэтическое преображение приводит к желанию проникнуть в глубину земного праха.
Июньская полночь превращает близость девушки в тайну цветка. Призыв разделить счастье соединяет нежность с пробуждающим прикосновением.
Гроза и живые формы представлены равноправными проявлениями общей творческой силы. Разрушительная стихия включена в торжество мирового созидания.
Монастырский сад становится пространством тихого внутреннего преображения. Отражения, цветы и хоры соединяются в созерцательную картину покоя.
Перечень природных и человеческих явлений раскрывает мир как множество способов выражения. Общим источником становится желание удержать мгновение в вечном.
Горный простор становится уроком верности родине. Природная свобода соединена с личным предназначением.
На день рождения принцессы придворные дарят богатства и совершают нелепые подвиги. Кажущийся беспечным паж оказывается щедрейшим поклонником благодаря подаренным накануне поцелуям.
Старая Сивилла молчит перед жаждущим славы юношей. Каменная неподвижность оказывается грозным ответом.