Из «Городских сонетов
Сонет о городе: голос над крышами бросает хулы небесам, а над лабиринтами греха мачты труб и гудки тоски звучат как сигнал муравейнику …
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Сонет о городе: голос над крышами бросает хулы небесам, а над лабиринтами греха мачты труб и гудки тоски звучат как сигнал муравейнику …
Утончённое выступление поэта прерывает пугающая действительность. Языковая игра оборачивается унижением творческой позы.
Письмо предвкушает весенний переезд на дачу. Бытовые радости соединены с лёгким флиртом.
Героиня бережно запоминает простые картины жизни, но ощущает неустранимую утрату. Ей нужно лишь тепло, хотя радостный бог уже не придёт.
Обещания звезды, пути и судьбы всякий раз опровергаются мрачной подробностью. За внешним приветствием мира герой видит презрение и слёзы.
После отпущения грехов героиня остаётся под епитрахилью в гаснущем свете. Голос и прикосновение священника вызывают учащённое сердцебиение.
К одинокому дворцу причаливает челнок, и дева уводит прибывшего влюблённого. Утреннее появление заколотого тела в море превращает сцену близости в короткий мрачный …
Подготовка парика и маскарадных украшений сопровождается ожиданием тайного графа. Рассказ о чужом свидании сливается с собственным воображаемым объятием.
Близкий человек словно выпивает душу героини. После этого она пытается вернуться к простому миру, оставаясь внутренне бесприютной.
Молитва Иосафу просит обновления души и веры. Исполненное прошение приводит к благодарному славословию у иконы.
Спуск куртизанки к пляжу разворачивается в блестящую сцену курортных удовольствий. Оркестр, наряды, напитки и униженно услужливый паж поданы с игривой насмешкой над …
Обращение расспрашивает о загадочной Кин-Като. Чайная сценка наполнена чувственным флиртом и восточной стилизацией.
Пара узких кипарисов описана как нежная, невинная и одновременно мятежная. Их прямота превращается в острый образ мечей, направленных в облака.
Вечернее поле, небо и погасшее кострище окружают белую свечу. Летящий на её свет мотылёк касается пламени и погибает, завершая пейзаж тихой трагедией.
Одинокая прогулка у монастыря внезапно превращается в переживание страха. Лай собаки и лесные звуки лишают героя решимости продолжать долгий путь.
Юноша мечтает о контрабандистах вопреки школьной действительности. Книжные приключения становятся важнее обычного успеха.
Прощание с покойным обещает неизменную память. Друзья принимают общность будущей смертной участи.
Шумное муаровое платье и лунная аллея создают изысканный портрет женщины в ожидании любовной пары. Финальная поездка с юным спутником продолжает игру нарядов, …
Лесной набросок: сосновые леса, палевая дорога, герой сидит в ельнике у костра. Шуршит берёзовая листва, жужжит сердитая пчела над муравейниками и мухоморами; …
Полевая прогулка создаёт иллюзию экзотической красоты, которую нарушают провинциальные подробности. Иронический вывод о несовместимости Андалузии и Пошехонья сменяется ещё одной помехой поэтическому …
Герой, чувствующий себя сухим листком, неожиданно замечает близость весны. Он входит в светлый цветущий сад с тоской и надеждой на прощение.
Исторический сонет изображает миланское наступление на итальянские города и республики. Образ Висконти как ломбардского тигра усиливает призыв к бдительности и вооружённой защите …
Любовь возникает в разных тихих и прекрасных обликах. Её сладость оказывается неотделимой от тревоги и утраты покоя.
Идеал счастливой и красивой любви сопоставлен с её бытовыми, эстрадными и поэтическими подменами. Вместо торжественной хвалы герой приносит горький полынный венок из …
Любовь обещает свободу, но незаметно подчиняет человека. Прежнее сияние мира вспоминается на фоне нынешней седины и грусти.
Люди, звери, солнца и боги сопоставлены по тому, как проявляют любовь. Чувство расширяется от вздохов и взглядов до движения небесных тел и …
Мелькают чёрные слепые дали и мёртвый лик океана; Бог разверзает голубые бездны, но лишь на краткий миг. «Да будет свет!» - но …
Канатная плясунья сохраняет внешнюю улыбку после ухода любимого. Пустая ложа ранит сильнее опасного выступления.
В кустах белоснежной черёмухи уснула весёлая принцесса Мая, с отрадой внимая весеннему щебету птиц. Во сне она видит, как в лазурных хоромах …
Запечный сверчок становится собеседником усталого человека. Его пение возвращает память о любви и помогает переживать медленное угасание сердца.