Уже!

Уже!
Уже голодище
Уже голодище берет в костяные путы.
Уже
Уже и на сытых
Уже и на сытых наступают посты.
Уже
Уже под вывесками
Уже под вывесками «Milch und Butter»[1]
выхващиваются хвосты.
Уже на Kurfürstendamm’е
Уже на Kurfürstendamm’е ночью
перешептываются выжиги:
«Слыхали?!
«Слыхали?! Засада у Рабиновича…
Отобрали
Отобрали «шведки» и «рыжики».
Уже
Уже воскресли
20 Уже воскресли бывшие бурши.
Показывают
Показывают буржуйный норов.
Уже
Уже разговаривают
Уже разговаривают языком пушек
Носке и Людендорф.
Уже
Уже заборы
Уже заборы стали ломаться,
30 Рвет
Рвет бумажки
Рвет бумажки ветра дых.
Сжимая кулак,
Сжимая кулак, у коммунистических прокламаций
толпы
толпы голодных и худых.
Уже
Уже валюта
Уже валюта стала Луна-парком —
40 не догонишь
не догонишь и четырежды скор —
так
так летит,
так летит, летит
так летит, летит германская марка
с долларных
с долларных американских гор.
Уже
Уже чехардят
50 Уже чехардят Штреземаны и Куны.
И сытый,
И сытый, и тот, кто голодом глодан,
знают —
знают — это
знают — это пришли кануны
нашего
нашего семнадцатого года.
[1923]