Мудрецу

Все жить должны, — ты так сказал, мудрец,
Увенчанный, как снегом, сединами, —
Пастух и воин, пахарь и купец,
И раб, и повелитель над рабами.

Но дух в рабе не может не расти,
А господин за власть держаться будет.
Кого из них твой строгий ум осудит,
Когда судьба столкнет их на пути?

Раб ненавидит всей душою гнет:
Он жизнь свою, а не чужую хочет,
И, если темной ночью нож он точит,
Он больше прав, чем тот, кто цепь кует.

В твоей стране — одни рабы, мудрец,
И твой закон мы изменяем сами:
Все могут жить — и воин, и купец,
Но не тиран, владеющий рабами.