На рождение молодого грека

В белом платье полотняном,
Пук цветов держа в руках,
Под филейным покрывалом
Вдруг весна в наших странах
Показалася, и воды
Потекли опять в реках,
Сани бросили народы
И стучат на колесах.
Горы Охтенски пропали,
И коньки ну покидать.
Чистить улицы уж стали,
И Иванов не видать.
Полицейски офицеры
Не пускают по реке;
Не взял кто у нас квартеры,
Тот живет как вдалеке.
В сие время солнце красно
Стало ярче уж светить.
Родилось дитя прекрасно,
Чтоб собою свет дивить!
Не родился он в рубашке,
Нет! Он более блажен.
Весь завернутый в бумажке
В свет он матерью рожден.
Родился и раскричался,
Голос столь ужасен был,
Что и к мертвым он домчался,
Древних греков встормошил.
Взбунтовалися их души,
Видеть все дитя хотят;
Крылья подвязав под туши,
В русскую страну летят.
Все к ребенку подступают,
Вид его их всех дивит!
Колыбель все окружают
И хотят его дарить.
Долго, долго говорили,
Что б ему в подарок дать,
Напоследок положили
Одному за всех вещать.
Жребий Биасу достался,
И Совет то подтвердил.
Старец кашлял, оправлялся
И потом так говорил:
"Будешь, будешь сочинитель,
Век писать ты будешь вздор;
Будешь в корпусе учитель,
А потом будешь майор!"
"Будешь,-- и судьбы гласили,--
Ростом двух аршин с вершком".
И все старцы подтвердили:
"Будешь век ходить пешком!"
Совершилось предсказанье --
Свет в тебе поэта зрит,
О ушей наших терзанье!
Долго ль будешь нас морить?