Еврейской девушке

От старого гетто оторвана ты
Для нового, долгого плена
В стране, где молчит вековая тайга,
Где дремлет застывшая Лена.

Но даже и здесь — у черты роковой
Немого полярнаго круга —
Сияют попрежнему очи твои,
Как звёзды далекого юга.

В них теплится ласка, лучится привет
Иному, чужому народу,
Сокрывшему в белых сыпучих снегах
Угрюмую скорбь и невзгоду..

Ты слышишь гортанную, странную речь
И в смысл её чутко вникаешь —
И сердцем отзывчивым, с болью в груди,
Тоску якута постигаешь.

Негаснущей силы источник живой
В тебе, как и прежде, таится;
Ты можешь трудиться без отдыха дни,
А ночью за братьев молиться.

Бесстрастные годы пройдут чередой
И в вечность глубокую канут.
Но в юной душе не потухнут мечты,
И жизни цветы не завянут…

От старого гетто оторвана ты
Для нового, долгого плена
В стране, где шумит под бураном тайга,
Где льдом оковался Лена.

Булун.