Праздник дев

Меж яшмовых колонн, где томно стонут птицы,
Где зыбит кипарис зеленопьппный кров,
Покуда спит Иштар, мы — избранные жрицы —
Ткем покрывало ей из золотых шнуров.
        Когда ж настанет ночь, и в прорези колонны
        Свой первый бледный луч богиня бросит нам
        И вздымет радостно звезду своей короны —
        Мы в рощи убежим, в ее зеленый храм!
Взметнутся и спадут пурпуровые шарфы —
Восславим наготой великую Иштар! —
И будут бубны звать и будут плакать арфы
Для пляски сладостной сплетенных юных пар…
        Но я одна из всех останусь одинокой,
        Останусь до зари с своим веретеном,
        Стеречь златой покров богини звездноокой
        И горько вспоминать и думать об одном…
Как привели меня на первый праздник лунный,
В толпе таких, как я, невинных робких дев,
Как опьянил меня тот рокот сладкострунный,
Священный танец жриц и жертвенный напев.
        И много было нас. Горбуньи и калеки,
        Чтоб не забыли их, протиснулись вперед,
        А мы, красивые, мы опустили веки,
        И стали у колонн, и ждали свой черед.
Вот смолкли арфы вдруг, и оборвались танцы…
Раскрылась широко преджертвенная дверь…
И буйною толпой ворвались чужестранцы,
Как зверь ликующий, голодный, пестрый зверь!
        Одежды странные, неведомые речи!
        И лица страшные и непонятный смех…
        Но тот, кто подошел и взял меня за плечи,
        Свирепый и большой, — тот был страшнее всех!
Он черный был и злой, как статуя Ваала!
Звериной шкурою охвачен гибкий стан,
Но черное чело златая цепь венчала —
Священный царский знак далеких знойных стран.
        О, ласки черных рук так жадны и так грубы,
        Что я не вспомнила заклятья чуждых чар!
        Впились в мои уста оранжевые губы
        И пили жизнь мою, и жгла меня Иштар!..
И золото его я отдала богине,
Как отдала себя, покорная судьбе.
Но взгляд звериных глаз я помню и поныне,
Я этот взгляд его — оставила себе!
        Зовут меня с собой веселые подруги:
        «Взгляни, печальная, нам ничего не жаль!
        О, сколько радости — сплетаться в буйном круге,
        Живым лобзанием жечь мертвую печаль!»
Иштар великая! На зов иного счастья
Я не могу пойти в твой сребролунный храм!
Я отдала тебе блаженство сладострастья,
Но мук любви моей тебе я не отдам!