Китеж

1

Вся Русь — костёр. Неугасимый пламень
      Из края в край, из века в век
Гудит, ревёт… И трескается камень.
      И каждый факел — человек.
Не сами ль мы, подобно нашим предкам,
      Пустили пал? А ураган
Раздул его, и тонут в дыме едком
      Леса и сёла огнищан.
Ни Сергиев, ни Оптина, ни Саров —
      Народный не уймут костёр:
Они уйдут, спасаясь от пожаров,
      На дно серебряных озёр.
Так, отданная на поток татарам,
      Святая Киевская Русь
Ушла с земли, прикрывшись Светлояром…
      Но от огня не отрекусь!
Я сам — огонь. Мятеж в моей природе,
      Но цепь и грань нужны ему.
Не в первый раз, мечтая о свободе,
      Мы строим новую тюрьму.
Да, вне Москвы — вне нашей душной плоти,
      Вне воли медного Петра —
Нам нет дорог: нас водит на болоте
      Огней бесовская игра.
Святая Русь покрыта Русью грешной,
      И нет в тот град путей,
Куда зовёт призывный и нездешний
      Подводный благовест церквей.

2

Усобицы кромсали Русь ножами.
      Скупые дети Калиты
Неправдами, насильем, грабежами
      Её сбирали лоскуты.
В тиши ночей, звездяных и морозных,
      Как лютый крестовик-паук,
Москва пряла при Тёмных и при Грозных
      Свой тесный, безысходный круг.
Здесь правил всем изветчик и наушник,
      И был свиреп и строг
Московский князь — «постельничий и клюшник
      У Господа», — помилуй Бог!
Гнездо бояр, юродивых, смиренниц —
      Дворец, тюрьма и монастырь,
Где двадцать лет зарезанный младенец
      Чертил круги, как нетопырь.
Ломая кость, вытягивая жилы,
      Московский строился престол,
Когда отродье Кошки и Кобылы
      Пожарский царствовать привёл.
Антихрист-Пётр распаренную глыбу
      Собрал, стянул и раскачал,
Остриг, обрил и, вздёрнувши на дыбу,
      Наукам книжным обучал.
Империя, оставив нору кротью,
      Высиживалась из яиц
Под жаркой коронованною плотью
      Своих пяти императриц.
И стала Русь немецкой, чинной, мерзкой.
      Штыков сияньем озарён,
В смеси кровей Голштинской с Вюртембергской
      Отстаивался русский трон.
И вырвались со свистом из-под трона
      Клубящиеся пламена —
На свет из тьмы, на волю из полона —
      Стихии, страсти, племена.
Анафем церкви одолев оковы,
      Повоскресали из гробов
Мазепы, Разины и Пугачёвы —
      Страшилища иных веков.
Но и теперь, как в дни былых падений,
      Вся омрачённая, в крови,
Осталась ты землёю исступлений —
      Землёй, взыскующей любви.

3

Они пройдут — расплавленные годы
      Народных бурь и мятежей:
Вчерашний раб, усталый от свободы,
      Возропщет, требуя цепей.
Построит вновь казармы и остроги,
      Воздвигнет сломанный престол,
А сам уйдёт молчать в свои берлоги,
      Работать на полях, как вол.
И, отрезвясь от крови и угара,
      Царёву радуясь бичу,
От угольев погасшего пожара
      Затеплит ярую свечу.
Молитесь же, терпите же, примите ж
      На плечи крест, на выю трон.
На дне души гудит подводный Китеж —
      Наш неосуществимый сон!

18 августа 1919
Во время наступления Деникина на Москву
Коктебель