Я видел Рим, Париж и Лондон

Я видел Рим, Париж и Лондон,
Везувий мне в глаза дымил,
Я вдоль по тундре безземельной —
Везо́м оленями — скользил.

Я слышал много водопадов
Различных сил и вышины,
Рёв медных труб в калмыцкой сте́пи,
В Байдарах — тихий звук зурны́.

Я посетил в лесах Урала
Потёмки страшных рудников,
Бродил вдоль щелей и провалов
По льдам швейцарских ледников.

Я резал трупы с анатомом,
В науках много знал светил,
Я испытал в морях крушенье,
Я дни в вертепах проводил...

Я говорил порой с царями,
Глубоко падал и вставал,
Я Богу пламенно молился,
Я Бога страстно отрицал;

Я знал нужду, я знал довольство, —
Любил, страдал, взрастил семью
И — не скажу, чтобы без страха, —
Порой встречал и смерть свою.

Я видел варварские казни,
Я видел ужасы труда;
Я никого не ненавидел,
Но презирал — почти всегда.

И вот теперь, на склоне жизни,
Могу порой совет подать:
Как меньше пользоваться счастьем,
Чтоб легче и быстрей страдать.

Здесь из бревенчатого сруба,
В песках и соснах «Уголка»,
Где мирно так шумит Нарова,
Задача честным быть легка.

Ничто, ничто мне не указка, —
Я не ношу вериг земли...
С моих высоких кругозоров
Всё принижается вдали.