Воспоминание

Мечты! — повсюду вы меня сопровождали
И мрачный жизни путь цветами устилали!
Как сладко я мечтал на Гейльсбергских полях.
          Когда весь стан дремал в покое
И ратник, опершись на копие стальное,
Смотрел в туманну даль! Луна на небесах
          Во всём величии блистала
И низкий мой шалаш сквозь ветви освещала;
Аль светлый чуть струю ленивую катил
И в зеркальных водах являл весь стан и рощи;
Едва дымился огнь в часы туманной нощи,
Близь кущи ратника, который сном почил.
О, Гейльсбергски поля! о, холмы возвышенны!
Где столько раз в ночи, луною освещенный,
Я, в думу погружен, о родине мечтал;
О, Гейльсбергски поля! в то время я не знал,
Что трупы ратников устелют ваши нивы,
Что медной челюстью гром грянет с сих холмов
          Что я, мечтатель ваш счастливый,
          На смерть летя против врагов,
          Рукой закрыв тяжёлу рану,
Едва ли на заре сей жизни не увяну… —
И буря дней моих исчезла как мечта!..
          Осталось мрачно вспоминанье…
Между протекшего есть вечная черта:
          Нас сближит с ним одно мечтанье.
Да оживлю теперь я в памяти своей
          Сию ужасную минуту,
          Когда, болезнь вкушая люту
          И видя сто смертей,
Боялся умереть не в родине моей!
Но небо, вняв моим молениям усердным,
          Взглянуло оком милосердым;
Я, Неман переплыв, узрел желанный край,
          И, землю лобызав с слезами,
Сказал: «Блажен стократ, кто с сельскими богами,
Спокойный домосед, земной вкушает рай,
И, шага не ступя за хижину убогу,
          К себе богиню быстроногу
          В молитвах не зовёт!
          Не слеп ко славе он любовью,
Не жертвует своим спокойствием и кровью:
Могилу зрит свою и тихо смерти ждёт».

1807—1809