Провидение человеку (переводчик: Александр Иванович Полежаев)

Не ты ли, о мой сын, восстал против меня?
Не ты ли порицал мои благодеянья
И, очи отвратя от прелести созданья,
          Проклял отраду бытия?

Еще ты в прахе был, безумец своенравный,
А я уже радел о счастии твоем,
Растил тебя, как плод, и в промысле святом
          Тебе удел готовил славный.

В Совете вековом твой век образовал,
И времена текли моим произволеньем,
И рек я: «Появись и чистым наслажденьем
          Почти мой горний Трибунал!»

И ты возник. Мое благое попеченье
Не обрекло тебя игралищем судьбе;
Огнем моих очей посеял я в тебе
          С началом жизни вдохновенье.

Из груди я воззвал млеко твоим устам,
И сладко ты прильнул к источнику любови,
И ты впивал в себя и жар и силу крови,
          И свет мелькнул твоим очам.

И — искра Божества под бренным покрывалом —
Свободная душа невидимо зажглась,
Младенческая мысль словами излилась,
          И имя Бог служило ей началом.

          В каком великом торжестве
          Перед тобой оно сияло!
          Везде и всё напоминало
          Тебе о тайном Божестве.
          На небе в солнце лучезарном
          Мое величье ты читал;
          Когда же с чувством благодарным
          На землю очи обращал,
          То всюду зрел мои деянья
          Во всей красе благодеянья;
          В природе зрел ты образ мой,
          В порядке — Предопределенье,
          В пространстве мира — Провиденье,
          В судьбе послушной и слепой —
          Мое могущее веленье.

          И ты почтил во мне Царя
          Твоих душевных наслаждений,
          И, то забывшись, то горя
          Огнем приятных впечатлений,
          В своей невинной простоте
          Ты шел к таинственной мете;
          Но между тем, как грозный опыт
          Твой свежий ум окаменял,
          Ты произнес безумный ропот,
          Ты укорять меня дерзал.
          Душа твоя одета мглою,
          Чело бледнее мертвеца,
          И ты, терзаясь думой злою,
          Уже не веруешь в Творца.
          <«Он есть великая проблема,
          Рассудку данная судьбой;
          Когда весь мир его эмблема,
          То, наподобие Эдема,
          Правдивый был бы и благой».>

          Умолкни, гордое мечтанье!
          Я начертал тебе закон,
          Но для меня ничтожен он.
          О, как велико расстоянье
          Перед тобою: миг один —
          Я миллионов властелин!
          Когда спадут перед тобою
          Покровы мудрости моей,
          Тогда, измученный борьбою
          Недоумений и страстей,
          Ты озаришься совершенством
          Неизреченной правоты
          И вкусишь с праведным блаженством
          От чаши благ и доброты;
          Познаешь горнего участья
          Дотоле сокрытые плоды,
          И миновавшие несчастья
          Благословишь в восторге ты.

Но ропот не умолк в душе ожесточенной,
Ты жаждешь до времен узреть великий день
И дивный вертоград, Всевышним насажденный,
          Где никогда ночная тень
          Не омрачит святую сень.

Безумный! малый свет и темнота ночная
Вожатые к нему. Надейся и иди,
Природу и меня постигнуть не дерзая;
          Подобно ей мои пути
          Слепой покорностью почти.

Открыл ли я земле законы управленья?
Свирепый океан, великий царь морей,
Окован навсегда десницею моей,
          И в час урочного явленья
          Он, силой бурного стремленья,
          Наводит ужас потопленья
          И снова хлынет от степей.

И — тень моих лучей в лазури необъятной —
Узнал ли этот шар закон моих путей?
Куда б он полетел без помощи моей?
          Кончая подвиг благодатной,
          Улыбкой тихой и приятной
          Не обещает он обратно
          Заутра радужных огней.

И царствует везде порядок неразрывной:
Я утром возбужу вселенную от сна,
И вечером взойдет сребристая луна.
          И вот из тишины пустынной
          Она, на голос мой призывной,
          Стремится с легкостию дивной,
          И ночи мгла озарена.

          А ты, прекрасное творенье,
          Кого создал для неба я,
          Ты впал в ужасное сомненье
          О мудрой цели бытия.
          Ты, человек и царь вселенной,
          Дерзнул роптать — и на кого?
          Ты смел в душе ожесточенной
          Хулить Владыку своего!
          Я твой Владыко — благодетель,
          Моя святая добродетель
          Тебя спасает и хранит,
          Я твой незыблемый гранит.
          Не мнишь ли ты, что в мраке ночи
          Я беззаботно опочил?
          О нет! внимательные очи
          Я с действий мира не сводил.
          Моря в волнении суровом,
          Летучий прах и ветров стон,
          Всё движу я великим словом,
          Всему в природе есть закон.
          Иди с светильником надежды
          За Провидением вослед,
          Ты не умрешь, смыкая вежды,
          Тебе за гробом новый свет!
          И знай, правдиво Провиденье,
          В его путях обмана нет.
          Зари румяной восхожденье,
          Природы целой уверенье
          Твердит о нем из века в век, —
          Один не верит человек.
          Но брось, о смертный, безнадежность,
          Моя родительская нежность
          Твое сомненье постыдит
          И за безумное роптанье
          Свое преступное созданье
          Любовью вечной наградит.