Поэт и переводчик Серебряного века.
Биография
Перейти к стихамСамуил Викторович Киссин (1885-1916), выступавший под именем Муни, - русский поэт и переводчик Серебряного века. Он родился в Рыбинске, учился в гимназии, затем на юридическом факультете Московского университета. Юридическое образование сопровождалось постоянным интересом к литературе, философии и музыке.
Муни был близок к символистскому кругу и дружил с Владиславом Ходасевичем. Его ранние стихи появились в альманахе «Зори» в 1906 году, позднее он печатался в литературной периодике. При жизни его поэтические публикации были немногочисленны. Литературная работа включала переводы и прозу, однако отдельной книги собственных стихов он тогда не выпустил.
Его лирика сосредоточена на тонких переменах внутреннего состояния. Осенний сад, вечерний свет, вода и тишина становятся знаками душевного опыта. Муни пользуется музыкальными повторами, сочетает ощущение хрупкой красоты с тревогой и усталостью. В стихах о молитве и монастыре звучит надежда на успокоение; в других произведениях праздничное движение и чувственные образы сталкиваются с сознанием одиночества.
В 1909 году Киссин женился на Лидии Брюсовой, сестре Валерия Брюсова. Во время Первой мировой войны был мобилизован. Военная служба и перемещения усилили тяжёлый душевный кризис. В 1916 году он покончил с собой в Минске. Судьба Муни позднее стала одной из тем воспоминаний Ходасевича, посвящённых людям литературной эпохи.
Значительная часть рукописей сохранилась благодаря семье. Наследие поэта постепенно возвращалось к читателю в посмертных публикациях. В 1999 году вышла книга «Лёгкое бремя», объединившая стихи и прозу. Сопоставление ранней периодики и позднее обнародованных рукописей показывает, насколько шире было его творчество по сравнению с прижизненной известностью.
Стихи Самуила Викторовича Киссина (Муни)
В библиотеке Лиры собрано 17 стихотворений Самуила Викторовича Киссина (Муни) - известные и редкие произведения на разные темы.
XVIII-му («О милый век, изнеженно-манерный…»)
Обращение к XVIII веку: изящная условность прошлого становится убежищем от современности.
Вакханты («Июльский день так прян и пышен…»)
Летняя чувственность и вакхическое движение переданы через звучание и ритм стиха.
Веет грустью ласковой, осенней
Осенняя печаль соединяет воспоминание о любви с ощущением тихого угасания.
Вл. Ходасевичу («…И в голубой тоске озерной…»)
Посвящение Владиславу Ходасевичу о двойственности чувства и неразделимости духовной связи.
В саду («Подстриженных деревьев низкий ряд…»)
Садовый пейзаж передаёт столкновение упорядоченной красоты и внутренней тревоги.
Голодные стада моих полей!..
Образ голодных стад выражает тревогу, тоску и неудовлетворённость внутренней жизни.
Лень моя («В моей крови усталость, темный яд…»)
Сонет об усталости, душевной неподвижности и трудности внутреннего пробуждения.
Монахиня («Я вечор низала четки…»)
Молитва монахини соединяет монастырское уединение с воспоминанием о земном чувстве.
Наполеону («Не в треуголке на коне…»)
Наполеон предстаёт образом, чья посмертная жизнь продолжается в поэзии и памяти.
Не скажу тебе, зачем я в час, когда приходишь ты
Любовное признание сохраняет тайну чувства и тревогу перед близостью.
Октябрь («Октябрь опять к окну прильнул…»)
Октябрьское ненастье усиливает одиночество и тревогу человека у окна.
Пруд глубокий, илистый
Заросший пруд и вечерняя тишина передают затихание тревоги и светлую печаль.
Пусть дни идут. Уж вестью дальней вея
Размышление о течении дней, памяти и отдалении пережитого.
Ранняя осень («Воздух легкий, как забвенье…»)
Ранняя осень приносит ощущение забвения, прохлады и освобождения от тревоги.
Сонет («Вставал закат, блистателен и строг…»)
Сонет соединяет закатный пейзаж с напряжённым переживанием красоты и утраты.
Сухой осенний резкий воздух
Резкий осенний воздух и дорожные впечатления создают ощущение близкой перемены.
Я — царевна пленная
Монолог пленённой царевны о мечте, ожидании освобождения и тоске.