С простым толкую человеком
Разговор с крестьянином обнаруживает спокойствие человека, укоренённого в многолетнем труде. Образованный собеседник остро чувствует собственную отягчённость сомнениями и не может изменить это …
Стихи Золотого века - лирика, поэмы, басни и баллады всего XIX столетия: от Крылова и Жуковского до Некрасова, Фета и Надсона. Откройте полный текст, перейдите к странице автора и найдите другие произведения эпохи.
Смотреть поэтов эпохи →Разговор с крестьянином обнаруживает спокойствие человека, укоренённого в многолетнем труде. Образованный собеседник остро чувствует собственную отягчённость сомнениями и не может изменить это …
Всё пережито и передумано, поэтому героя не волнуют ни желания, ни воспоминания. Он спрашивает, не хуже ли жить без любви, обид и …
Герой уверяет друга, что потерянная возлюбленная продолжает светить в его душе. Он стоит у закрытой двери, не пишет стихов и всё ещё …
Одинокая старая ракита сохраняет собственный голос на исходе долгой жизни. Крик ночной птицы в её дупле соединяет уединённое творчество с надеждой быть …
Приверженность идеалам прежней эпохи не позволяет герою примириться с настоящим. Угасающий камин становится образом памяти, в которой внезапно оживают лица прошлых поколений.
Утешая плачущую собеседницу, герой обвиняет силу условностей и общественных нравов. Мнимый стыд и выдуманные запреты становятся причиной настоящих человеческих драм.
Герой рассказывает о трёх встречах с вечной женственной красотой в Москве, Лондоне и египетской пустыне. Мистическое откровение переплетается с бытовыми подробностями путешествия …
Мнимое отрицание поэзии опровергается неотступным образом плачущей Ярославны. Стихотворение показывает, как художественное слово продолжает тревожить живых вопреки рассудочным запретам.
Морская тишина сменяется бурей, но герой ищет независимость от внешних перемен. Образ ладьи с надписью «Всё проходит!» выражает внутреннюю опору, которую каждый …
Смерть собеседника прекращает прежние споры и заставляет героя признать правоту его любящего сердца. Христианский образ победы приобретает трагический смысл в человеческой незащищённости …
После быстро прошедшей бури хозяин оплакивает поваленную старую сосну. Её гибель становится личной утратой и вызывает сомнение в необходимости разрушения.
Герой противопоставляет ясный покой мысли болезненной неустойчивости чувств. Даже непознаваемая даль кажется ему терпимой рядом с муками, следующими за страстными наслаждениями.
Спор цветов с древесными ветками сопоставляет их мгновенный расцвет с долгой жизнью женщины. Ироническая концовка напоминает, что юность не склонна прислушиваться к …
Увядание белых колокольчиков вызывает у героя чувство одиночества и всеобщей утраты. В ответ цветы-думы обещают ему внутренний свет и неизменное духовное пристанище.
Герой отвергает представление о поэзии как приятном занятии. Истинный поэт похож на сомневающегося Фому, который ищет живое подтверждение боли.
Исторические события и природа сопоставлены с ещё более богатым миром человеческого духа. В движении сердец герой видит источник событий и ткань судеб.
Химическое объяснение слезы и вздоха вызывает у героя протест. Описание телесного состава кажется ему пустым без заключённого в этих явлениях человеческого чувства.
Во сне герой после долгих странствий подходит к двери в необычный свет. Переступив её через смерть, он переживает прозрение, для которого не …
Вдохновение способно заставить петь любое явление мира. Поэзия облекает жизнь в словесную плоть и делает её красоту полнее.
Герой ищет утраченную нравственную ясность в мире Татьяны, Онегина и Ленского. Пушкинские образы противопоставлены не названной прямо современности.
Герой просит родные долины вернуть тишину детства и утраченное счастье. Невозможность прожить прошлое заново заставляет его ощущать себя ошибкой жизни.
Обида посылает свои слёзы в золотую чашу вечной Кары. Мрачное мифологическое видение связывает земное страдание с приближением последней расплаты.
Осень гасит жизнь трав и ручьёв. Герой зовёт память оживить летние всходы, чтобы мечта вернула движение среди зимней темноты.
Поэту предлагается черпать содержание в человеческих душах. Мыслители и певцы становятся зеркалами, в которых люди венчают собственные отражения.
Веселье молодых вызывает у героя воспоминание о сцене из «Фауста». За мимолётным счастьем он видит будущую тяжесть жизни и советует беречь силы.
Внешний покой и внутренние бури противопоставлены движению земного шара. Герой утверждает, что каждый человек создаёт собственный мир силой сознания.
Герой рассуждает о взаимном равнодушии людей, у каждого из которых достаточно собственного горя. Сочувствие предстаёт тяжёлым обменом одной ноши на множество чужих.
Робким и бессильным людям предлагается жестокий сельскохозяйственный совет. Сравнение со скошенной травой обнажает язвительность обращения.
Безмятежная чистота женщины сначала кажется достоинством. Затем герой раскрывает её оборотную сторону как душевную пустоту без высоты и глубины.
Прикованная лодка мечтает о парусе и неведомом пути. Её движение возможно лишь ценой разрушения собственного борта, поскольку цепь остаётся крепкой.