Стихи Серебряного века

Тропический лес

Тропический лес представлен как пробуждающееся тело со сверкающими зубами и копьями листвы. Природные и человеческие формы перетекают друг в друга под звук …

Ты — буйный зов рогов призывных

Ты говоришь, что я дремлю

Ты гори, моя свеча

Герой позволяет свече догореть до конца независимо от её пользы для него. Даже чужой и ненужный ему свет заслуживает возможности светить другим.

Ты знаешь, я томлюсь в неволе

В неволе героиня с болью вспоминает скудную тверскую землю. Простые запахи, предметы и лица сохраняют силу родного мира.

Ты плакала в вечерней тишине

Ты пришла ко мне с набором

Таинственная гостья приносит сонные травы с наговорами. Сладкий сок соединяет притягательность, обман и опасное забвение.

Ты сжёг мою умильную красу

Опалённый пылающим богом голос обещает обрести новую багряную красоту. Утрата прежнего облика становится началом нового цветения.

Ты только для меня. Таинственно отмечен

Герой утверждает исключительность союза с таинственным адресатом. Их путь и поэтический венец обещают вечность, стоящую выше земной суеты.

Ты ушла и ко мне не вернёшься

Ты, чьи сны ещё непробудны

Увидеть города и веси

Путешествие радует героя разнообразием городов, полей, лесов и живых существ. Простые различия мира складываются в восторженное признание его богатства.

Увидишь мир многообразный

Герой призывает пройти многоцветный мир до конца, испытав его соблазны и огонь. Последнее требование соединяет полноту переживания с отвержением мира и смертью.

Уже за горы канул месяц

Ужель «не поднимая глаз»?

Лирический голос возвращается к строкам о подаренных гвоздиках и хранит их как дорогую память. Само чтение и повторение поэтической строки становится предметом …

Уж сколько их упало в эту бездну

У круглого камня

Уличное

У меня есть улыбка одна

Героиня бережёт особую улыбку для любимого, несмотря на его жестокость и неверность. Образ венчания утверждает внутреннюю неотменимость этой связи.

У меня сто тысяч теней

Герой окружает себя множеством меняющихся теней. Он заново сплетает их в цветущие гирлянды, превращая дни в игру собственных видений.

Устало солнце, жегшее спокойно

Герой наблюдает, как июльская полнота переходит в осеннюю сырость и зимний мороз. Память о невозвратной женщине не поглощает его: в солнечном снегу …

Утешения. Триолеты

Цикл ищет опору перед унижением, страданием и противоречиями мира. Вера, терпение, цельность воли и любовь становятся различными способами не отдать душу отчаянию.

Утонул я в горной речке

Герой говорит о собственной гибели в горной реке. Мирный берег с пасущимися овцами резко контрастирует с захлёбыванием, жаром и повторяющимся признанием смерти.

Февраль

Пограничный февральский вечер вызывает воспоминания о прежних свиданиях. Угасшие чувства возвращаются в форме предания, хотя сами волнения уже невоскресимы.

Финляндия

Звукопись о Финляндии: хвои «шуят», озеро и лес переплетаются, голос зовёт Анну, Марию, Лизу. Повторы «Это-ли? Нет-ли?» и заумные слоги создают впечатление …

Фридрихштрассе

Берлинская улица представляется местом, где мечте и богиням нет места. Разочарование городом распространяется даже на прогулку за город.

Ф. Сологубу. Триолет

Холодная весна

Хорошо прилечь под старыми соснами

У сосен и гранитного берега Саймы легко забыть книги и отвлечённые вопросы. Близость любимого рождает тихий смех и счастливую фантазию о том, …

Художник