Пиреней
Лишь зимой, когда снѣгами
Безконечный лугъ покрытъ,
Надъ долиной пиренейской
Пиреней-король царитъ.
Но сносить не могутъ взоры
Короля — весны лучей,
И, какъ снѣгъ въ поляхъ, исчезнуть
Долженъ онъ при встрѣчѣ съ ней.
Не видалъ онъ, какъ тонула
Птичка въ дальней синевѣ,
Какъ душистая фіялка
Распускалася въ травѣ.
Для него не пѣлъ въ дубравѣ
Соловей въ вечерній часъ;
Пѣсня жавронка съ разсвѣтомъ
Звонкой трелью не лилась.
Онъ въ горѣ, облитой льдами,
Въ Проклято́й-горѣ живетъ;
Королю чертогомъ служитъ
Тамъ глубокій, темный гротъ.
И сидитъ въ подземномъ залѣ
Онъ со свитою своей;
А душа на волю рвется —
Жаждетъ солнечныхъ лучей!
О любви, о дняхъ весеннихъ
И мечта ему мила:
Не знавалъ онъ страсти жгучей,
Ни весенняго тепла!
Вдругъ невѣдомые звуки
Оглашаютъ мрачный сводъ…
Это жавронокъ! Въ поле
Громкой пѣсней онъ зоветъ!
Все ей вторило, казалось, —
Каждый камень и кристалъ;
И король — съ дрожащимъ сердцемъ
У дверей чертога сталъ.
„Къ намъ герольда присылала,
Въ гости насъ звала весна…
Въ путь скорѣй! Убить не можетъ
Насъ въ дому своемъ она.“
И по каменнымъ ступенямъ
Онъ бѣжитъ съ своимъ дворомъ;
И едва могли вассалы
Поспѣвать за королемъ.
Вотъ пришли въ веснѣ на праздникъ:
Зеленѣлъ роскошный лугъ,
Съ крикомъ ласточки кружились,
Пахло розами вокругъ.
Солнце горы золотило,
Все сіяло и цвѣло…
Осѣнилъ вѣнокъ изъ лилій
Королевское чело.
Онъ воскликнулъ: „Міръ прекрасенъ,
И прекрасна ты, весна!“
Но еще казалась краше
Королю его жена.
Рядомъ съ нимъ она стояла,
И глядѣлъ онъ въ очи ей…
Никогда такъ жгучъ и страстенъ
Не былъ блескъ ея очей!
Все забылъ онъ, ей любуясь:
Что весна кругомъ цвѣла,
Что страдалъ онъ и томился,
И что смерть его ждала!
Перевод: Алексей Николаевич Плещеев.