Как каждый вечер
Вот жаба старая серо-зеленой ночи…
Квакает она
Угрюмой пастью цвета водяного,
И льет лучи меж тростника речного,
Вся желчь и золото, луна!
Одна, меж тростника ночного,
Огромные глаза открыв,
Глядит на полночи вселенной,
Одна, меж тростника ночного,
То жаба старая моей тоски бессменной.
Сочится с неба звездный яд,
И капли, — дождь железный, — чу! стучат,
Язвя свинец простора рокового,
Но тот же снова слышится призыв,
Меж тростника ночного, —
Однообразный, цвета водяного,
Однообразный, — петель скрип, —
Однообразный сиплый хрип,
Однообразный и осенний всхлип…
Ах! не короче ли все ночи, —
Чтоб истощить могли — те хрипы,
И не по гроб ли эти вопли,
Незримой двери скрипы, всхлипы?
Нет стужи соразмерно-жгучей,
Зимы достаточно могучей,
С трехрядной яростью зубов, —
Снегов, и инея, и льдов, —
Чтоб задавить призыв тягучий,
Чтоб мне не слышать жабы жалоб,
Чтоб жаба старая моей тоски молчала б!
Перевод Валерия Яковлевича Брюсова.