Умершей
И вот он, ваш дневник, еще благоуханный,
Признанья пылкие возвышенной души!
Я понял ваш порыв, мучительный и странный:
Дитя! не ваш кумир, — вы сами хороши…
Не он, с напевами печали заученной
И с детским призывом на путь высоких дел, —
Слегка чувствительный, слащавый, обыденный, —
Не он светильником в душе у вас горел…
Нет! ваш духовный взор с ним встретился случайно
Ваш гений позлатил его туманный лик;
Бессмертный ваш огонь, в груди носимый тайно,
Излился на листы, как пенистый родник…
Так юный луч зари, волшебный, своевластный,
Минуя и цветок, и яхонт дорогой, —
К их чуткой красоте слепой или бесстрастный, -
Горит своим огнем на капле дождевой…